"
"— Нет, Дина, — он постарался говорить как можно ровнее, — ты никуда не уедешь. Ты будешь жить в этом доме. Он хорошо охраняется, здесь свежий воздух, если тебе нужно будет в город, тебя отвезут. Я хочу видеть, как родится мой ребенок, и, — он помедлил, но все же рискнул, — я не собираюсь его усыновлять. Багров разведется с тобой, и мы поженимся.
Дина вскинула голову, и он увидел, как в ее распахнутых глазах закипают злые слезы.
— А меня снова можно не спрашивать, да? Можно распорядиться мной, как вещью, сегодня в этом углу постоишь, завтра в том.
Может, ты еще вещи мои сам у Тимура заберешь, в чемодан аккуратно сложишь, а он тебе помогать будет?
— За вещами поедешь ты, я тебя отвезу, — все так же ровно отвечал, стараясь не провоцировать истерику, но Дина почему-то смотрела на него, как разъяренная кошка.
— Я. Не. Выйду. За тебя. Замуж, — проговорила отчетливо, так, что он бы и без звука понял, по одним губам. Которые его так и тянуло… Ладно, есть более приятные способы самоубиться. Он потер глаза.
— Я не предлагаю тебе торжественную церемонию. Ты просто поставишь свою подпись для того, чтобы наш сын родился в семье. А потом ты сможешь поступить, как захочешь.
— Я уже хочу тебя не видеть, — да что ж это она такая злющая сегодня, а ему наоборот ее сгрести в охапку хочется, чем больше она глазами сверкает. Похоже, пора переходить к стратегическому отступлению.
— Ты не будешь меня видеть, Дина, если не захочешь, не переживай. Дом еще не введен в эксплуатацию, документы в работе.
Как только я их получу, я оформлю на тебя дарственную.
— Что? — глаза сделались еще больше, она в изумлении приоткрыла рот, и Максим вообще развернулся и отошел к окну. Как это можно выдержать? Она измывается над ним, его девчонка, снова его и пусть даже не думает, по-другому не будет. — Что значит на меня?
— Это твой дом, Дина. Я только прошу тебя позволить мне видеть, как растет мой сын.
У нее задрожали губы, и она отвернулась. Максим подошел и взял ее за руку.
— Идем, я кое-что тебе покажу, — они вышли из спальни, он подвел ее к соседней двери.
— Я купил дом уже готовый, но отделку делал сам. И представлял, что бы могло тебе понравиться и чего бы ты хотела. Осталась только одна комната, ее будешь обустраивать ты, — и он открыл дверь. Дина поняла сразу, прошла к окну и оперлась о подоконник.
— Значит, ты знал. Тимур сказал тебе о ребенке, он меня обманул.
— Не знаю, что тебе рассказывал Тимур, я узнал от него о ребенке два часа назад.
