В голове грохочет только одно: Лера, Лера, Лера…
Лера, которая плакала и умоляла выслушать ее, Лера, которая оказалась на улице, без работы и денег. Лера, у которой умерла мама, которая осталась совсем одна…
И я.
Я – который поверил чужому сфабрикованному видео. Поверил, что невозможно меня любить вот так, как она любила. Поверил в то, что это была всего лишь игра ради больших денег.
Я издаю короткий мучительный стон. Голова болит так, что хочется раскрошить ее об стену.
Мне досталось сокровище. А я сам выкинул её из своей жизни.
Сломал. Растоптал все хорошее, что между нами было.
«Поверь мне сейчас, – звучат у меня в ушах ее пронзительные слова. – Я не врала и не стала бы. Я не могла тебе навредить, я тебя очень сильно любила».
Любила…
Прошедшее время.
Сейчас она любит другого. Жалкого умирающего парня. Но даже он не так жалок, как я. Он ее не вышвыривал на улицу, не оскорблял, не унижал.
Впервые за два года я чувствую, что меня сейчас стошнит от самого себя.
Как сейчас ехать домой и смотреть в ее холодные серые глаза?
Что я ей скажу? Что она была права? Что я – конченый ублюдок? Что поверил другим, а не ей?
Нет.
Я не могу просто заявиться к ней с банальным «извини». И она не должна меня прощать. Не должна.
Но я обязан всё исправить и найти того, кто стоял за этим. Да, я ошибся в Лере, да, я мудак, но ведь кто-то очень хотел, чтобы я поверил в ее виновность.
Кто-то подставил ее, и сломал нам обоим жизнь. И я найду этого «кого-то». Найду, сука, чего бы мне это ни стоило.
Найду и придушу собственными руками.
Глава 15.
Дамир
Отложить поиски на потом не получается: мозг у меня сейчас работает на таких высоких оборотах, словно я его разогнал чем-то запрещенным. И даже тотальный недосып не мешает этому.
Я хожу по номеру отеля туда-сюда, как зверь в клетке, и лихорадочно думаю.
Кому могло быть выгодно слить данные нашего проекта конкурентам? Кому-то из их руководства, это очевидно. Они на этом заработали миллионы, а мы те же самые миллионы потеряли. До сих пор нам аукаются эти гигантские убытки.
"
"Мы с дядей были уверены, что Леру наняло для слива данных руководство «Вестгрупп». Все сходилось: ее внезапное появление в компании, ее близость ко мне и огромный кредит доверия, ее уникальная возможность через меня подобраться ко всем данным. Я ведь ничего от нее не скрывал, все мои пароли она знала, проект этот я с ней часто обсуждал. Доказательства Лериной вины были слишком очевидными, тут даже не о чем было говорить.
