— Он уже его забрал, — Зеки лишь пожал плечами и продолжил сидеть.
Тимур же не верил, что его друг готов так просто сдаться. После всего, что между ними произошло, после всего, что случилось. Просто взять и сдаться. Не стараться ради ребенка, который ни в чем не виноват, ни ради себя. Тимур сдаваться был не готов. Так как он по какой-то причине не был привязан, он обошел подвал, но ничего, что могло бы ему помочь, не нашел. Да и что тут поможет?
Зеки апатично смотрел перед собой и, казалось, что его вовсе не интересовало все происходящее вокруг.
Он будто отрешился от окружающего мира. И только когда дверь в подвал открылась, он чуть дернулся, но после быстро обмяк и обессилено уставился перед собой. Тимур не верил, а еще понял, что его застали с поличным и скорее всего тоже привяжут к цепи.
— Так-так-так… — протянул Бешеный. — У тебя появились силы вставать?
— Да пошел ты, — бросил Тимур. — Какого вообще хуя тебе нужно? Отомстить хочешь? А почему не нам? Почему через детей и женщин? Ссыкотно нас трогать?
— Дурак ты, Тимур, — пожал плечами Денис.
— Я отомщу так, потому что по-другому вы ничего не почувствуете, а так оба потеряете все, что вам дорого.
Тимур не смог сдержаться. Повалил Бешеного на пол и стал наносить удар за ударом, что есть мочи. Правда, Денис тут же реабилитировался. Нанес ответный удар и опрокинул Тимура на землю.
— Думал, что сможешь что-то сделать мне? — не останавливаясь, он наносил удар за ударом, а после обернулся и ударил Зеки, который пришел на помощь другу.
— Вы шавки, поняли? Никто. За дверью стоят мои псы и вы не выберетесь отсюда. Живыми.
Денис поднялся на несколько ступенек и остановился."
"— Твоя сука вот-вот будет у меня. Твой папаша неожиданно прикрыл ее зад, но я найду способ. Если нужно будет — всех порешу, но ее достану, — он сплюнул кровь и вышел, а Тимур застонал, заскулил от боли, рвущей его душу на части.
Его Аня и его сын.
— Прости, я не смог ничего сделать. Слишком ослаблен бороться с ним.
Тимур и сам понимал, что у него еще остались силы, да и то он не мог справиться с Бешеным, а Зеки сидел в подвале дольше него. Он не знал, когда они смогут отсюда выбраться, да и смогут ли вообще. Это дико бесило, нервировало, но он ничего не смог с этим сделать.
Спустя дня три он так же, как и Зеки, обессилел. Той похлебки, что им давали раз в сутки, не хватало, но больше всего его волновало то, что там с его Аней, что с детьми.
