Уже собирался двигаться дальше, как вдруг нога провалилась в пустоту. Попытался перенести вес в другую сторону. Земля забурлила, словно кто-то поставил под ней гигантский чайник. Она вздыбилась и поглотила меня. Я даже ничего не почувствовал. Раз, и будто выключили свет.
Сырость и темнота давили со всех сторон. Воздуха было так мало, что хотелось экономить его на что-нибудь важное. Например, на последние слова. Но тратить драгоценный кислород на проклятия в адрес невезения было бы слишком расточительно.
Кое-как вытащил меч.
Не то чтобы я точно знал, куда им тыкать в такой ситуации, но умирать, держа оружие в ножнах, казалось, как-то неправильно. Выставил клинок вперёд. А куда ещё его направлять в кромешной тьме?
Паучки наверху уловили вибрацию и тут же передали сигнал: что-то двигалось ко мне. Судя по тому, как дрожала земля, «это» было явно больше обычного «чудо-ёжика».
В темноте что-то влажное уткнулось мне в грудь. Мокрая морда размером с хороший чемодан клацнула зубами, но я успел одёрнуть руку.
Челюсти сомкнулись на мече. Потянулся второй ладонью, пытаясь понять, с чем имею дело, и нащупал… большой зубик!"
"Тварь дёрнулась, словно подавилась моей «зубочисткой». Что, не нравится привкус водяного медведя? Бывает. Рванул рукоять на себя, вспарывая монстру морду. В ответ получил такой удар в грудь, что рёбра затрещали, а меня потащило глубже.
Что-то толщиной с корабельный канат обвилось вокруг тела — видимо, хвост. Выпускать меч я не собирался, и тварь этим воспользовалась, сдавливая ещё сильнее.
Воздух выходил из лёгких с противным свистом.
По каналам хлынула энергия — холодная, как арктический ветер. Магия льда вырвалась наружу потоком. В тесной норе температура упала так резко, что зубы застучали. Хорошо, что не мои. Снова хрустнуло. Надеюсь, не рука… или меч.
Монстр забился в истерике. Земля тряслась, меня мотало из стороны в сторону, словно тряпичную куклу. А потом эта туша навалилась сверху. В глазах потемнело ещё больше, хотя, казалось, куда уж темнее.
Значит, пришло время яда.
Зелёные шарики сорвались с пальцев, разгораясь в темноте призрачным светом. Сверху доносилась паника паучков: мелкие засранцы рвались на помощь, готовые заливать нору своей паутиной. Через глаза одного из них я увидел, как мои люди уже организуют спасательные работы. Кое-как сдержал многоглазых.
А тварь тем временем, похоже, решила сделать из меня часть местного ландшафта. Утрамбовывала в грунт с таким усердием, что искры из глаз сыпались.