Уж точно не в нашем положении сейчас закрывать глаза на потерю такого количества потенциальных денег.
— Понял.
— Хорошо, — столь же холодно произнесла она, задумчиво посматривая в опустевший стакан с каплями виски внутри. — Что там с полицией?
— Пока что всё тихо. Шума во время сражения толком и не было.
— «Шума толком не было»? — процитировала она его, медленно подняв взгляд и посмотрев ему в глаза. — На кой-хуй запариваешься и стараешься подбирать эти эвфемизмы? Очевидно же, что их забили в темноте, как животных на забое, и они даже пискнуть не успели.
Только парочка-другая из них, наверное, толком и успела что-то понять, и сделать прежде, чем их убили.
Мужчина замялся, не зная, что сказать, смотря, как девушка, сидящая за столом на против него, вновь опустила взгляд на стакан, что отрешённо покручивала в руке. Многие слова ему в этот момент приходили на ум, но все они казались ему неуместными, а молчание меж ними тем временем всё продолжалось. И наконец, не выдержав этого буквально удушающего молчания, он всё же решился и спросил:
— Может, мне всё же стоит вмешат…
— Нет, — оборвала она его на полуслове, прекрасно понимая, к чему он клонит.
— Мы это уже тысячу раз обсуждали. Влезешь в это дерьмо ты с девочками — и противники так же раскроют свои карты. И, может, мы и выиграем войну с этим кланом, но при этом останемся без единого козыря против других кланов. К тому же, никто из нас вообще не выиграет войну, если на стороне Кхерка есть хотя бы седьмой этаж и ты с ним схлестнёшься прямо в городе.
Мало того, что пока вы будете сражаться, прибудет особый отряд подавления, который либо захватит вас, либо вообще перебьёт прямо на месте, так ещё и по всему городу вновь на протяжении нескольких месяцев после этого во всю будет гонять полиция с сотнями патрулей. Так ещё и наша крыша хрен знает, чо сделает с нами после такого. В лучшем случае — просто поднимет платёж в раза три, что уже мы еле-как потянем, а в худшем… вообще сольёт нас с концами.
Так что нет. Ты и девочки — самый крайний случай. Тем более, лучше уж пускай весь клан пойдёт ко дну, чем кто-то из вас пострадает… — и только в этих её словах, их всех прочих, почувствовались нотки тепла, доброты и заботы. — Ладно, всё, свободен, — отмахнулась она рукой. И когда мужчина, поклонившись, уже собирался уходить, она договорила: — И даже не думай, устраивать что-то за моей спиной. Прошу.
