В этот момент она, взявшись за мою голову, подняла её на свет, начав осматривать: сначала осмотрела кожу, поводя по ней указательными пальцами, потом перевела тревожный взгляд на мои глаза, веки которых раскрыла с помощью больших и указательных пальцев, и напоследок, отпустив голову, взялась за мои руки, осмотрев их вплоть до рукавов.
— Интоксикация… — быстро сделала она вывод, впоследствии посмотрев мне в глаза и спросив: — Откуда она у тебя взялась?
— Да там…
— Не увиливай!
И вот, вроде, не сказать, что я её боюсь хоть сколько-то, учитывая, какая она всегда добрая, но отчего-то, стоит ей начать что-то говорить в таком тоне, при этом пристально смотря на меня, как мне тут же становиться настолько дискомфортно, что по моей спине пробегают мурашки, а я не могу ей соврать.
— В передряге одной получил сильно. Пришлось использовать много медикаментов. Вот и вышло, что немного перебрал с ними… — и следом за этим сразу же добавил: — Но уже почти всё в порядке!
— И это ты называешь в порядке? — подняла она мои похудевшие руки, со всё ещё несколько побледневшей кожей.
— Ну… — замялся я, не зная, что ответить и не решаясь, посмотреть ей в глаза.
— Боюсь тогда даже представить, что было до этого.
— Главное же, что всё было под контролем…
— И такой остаточный эффект интоксикации — это под контролем? — вопросительно приподняла она брови. — Слушай, мы ведь уже неоднократно договаривались с тобой: мы о тебе беспокоимся и готовы помочь в любой момент, а потому, обращайся к нам за помощью в любое время — так ты сделаешь и себе и нам только лучше.
— Даже если вы так говорите…
— Что-что? — наигранно сделала она вид, что не расслышала
Я несколько помялся и в итоге всё равно тихо произнёс:
— Прости…
— Мне не нужны твои извинения. Как и никому из нас. Я хочу услышать другое.
Вновь немного помявшись, прекрасно понимая, что она это так просто не оставит, я всё-таки ещё более тихо, чем прежде произнёс:
— Хорошо. Обещаю: впредь, если со мной произойдёт что-то действительно плохое, обязательно обращусь к вам за помощью…
— Так-то лучше, — довольно кивнула она, наконец отпустив мои руки, и несколько отойдя от меня, сказала: — Я бы ещё заодно попросила тебя съездить в больницу и провести там на всякий случай полное обследование, но, зная тебя… уверена, на это я уже уговорить никак не смогу.
А потому — хотя бы пройдём на кухню.
— Но…
— Из-за регенерации ты очень сильно исхудал.
