В частности, Арбитражный суд, Министерство путей сообщения, военная комендатура столицы. Из всех вышеперечисленных учреждений у меня, как у автомобилиста, претензий нет только к военным. Здание, которое они занимают, отчего-то не окружено припаркованными машинами. Ах да, не «отчего-то», а потому, что по тротуару возле него разгуливают молодые люди в форме, сурово пресекающие любые попытки ставить у комендатуры автомобиль. Зато протиснуться мимо Арбитражного суда — огромная проблема. Вот уж где тачки стоят чуть ли не в три ряда! С другой стороны, а куда деваться посетителям? Никакого специального места для стоянки здесь не предусмотрено.
Поэтому, стиснув зубы и рискуя потерять зеркала, водители кое-как просачиваются мимо одного из офисных зданий российской Фемиды.
Но вот я наконец-то добралась до нужного дома и вошла в давно не ремонтированный подъезд. Лифта не оказалось, а квартира Нины — кто бы сомневался! — явно находилась на последнем этаже.
Слегка запыхавшись, я преодолела лестничные марши и поскорей ткнула пальцем в звонок, почти не надеясь на положительный результат.
Скорей всего, мне придется поджидать хозяйку у подоконника.
— Кто там? — мгновенно прозвенело из-за двери. — Если к папе, то он на работе, а мама пошла зубы лечить!
— Мне нужна Нина Каргополь, — крикнула я. — Это не твоя мамочка, детка?
— Нет, — ответил простодушный ребенок, — ее Лена зовут.
— Тебе не знакома женщина по имени Нина Валерьевна Каргополь?
— Бабуся! — заорал малыш, отпирая дверь. — Тетя какую-то Пополь спрашивает! Она кто? Тут ведь только мы живем!
Створка распахнулась, я увидела мальчика в темных штанишках, потом показалась женщина лет шестидесяти в фартуке и с поварешкой в правой руке.
— Левушка, — сердито произнесла она, — сколько раз говорено: не смей отпирать замок!
— Не бойтесь, — улыбнулась я, — я не имею никакого отношения к криминальному миру, ищу женщину, которая проживала по этому адресу в то время, когда мы с ней общались.
Тетка пробежалась по мне взглядом и уже иным тоном осведомилась:
— Кого разыскиваете?
— Каргополь.
— Нинушу?
— Да, да! — обрадовалась я. — Вы ее знаете?
— Конечно. Нина с нами в одной квартире жила, потом замуж вышла, — зачастила тетка, — к супругу съехала. А после развода ей дача досталась, Нина там и обитала. Оно и понятно, в коммуналке-то, даже с хорошими соседями, не сладко. Затем с ней несчастье случилось…
— Нина жива? — испугалась я.
— Да, — тихо сказала женщина, — в интернате она, в социальном приюте.
