— Эм-м-м… Вась… — бормочет Сашка, со вздохом вспомнив о своих лидерских функциях, — да просто он бешеный же… Мало ли что показалось…
— А что ему показалось?
— Да не важно уже все…
— Васька, ну ты даешь! — врывается в нашу теплую лживую компанию возбужденная Маринка, — ну прости, я не думала, что тут такие прожекторы будут! Серьезно! Рубашка вообще не просвечивала! Никогда… До этого дня!
Что-о-о???
Ошеломленно открываю рот, распахиваю халат, смотрю на свою грудь. Полностью спрятанную, все в порядке. Ни одной расстегнутой пуговки, все до горла закрыто! И не просвечивает совсем, Маринка права… Но…
Безмолвно перевожу взгляд на парней, которые все, как один, пялятся на то место, которое вообще не видно.
И лица у них чуть-чуть виноватые.
С оханьем запахиваюсь обратно.
— Это… что? — слов не хватает, одни только ужасные подозрения, — это… как?
— Ну… Прожекторы, Вась… — виновато бубнит Артем, а Рафик кивает, явно стараясь, чтоб его масляная физиономия выглядела уныло… Но тщетно.
— И вы мне… Не сказали? — на последнем слове я обретаю полноту голоса, а волосы наичнают шевелиться на голове.
От ужаса и осознания, что я вот так, в просвечивающей рубашке, три раза стояла перед зрителями! На ринге! И они все-все видели! В деталях! Ох…
— Ну, Вась… — вздыхает Сашка, — ничего же такого… Наоборот, прикольно…
— Прикольно?
Я поворачиваюсь к Маринке, с мечтательной физиономией что-то перечитывающей в телефоне.
— Марин?
— Ну а че я? — тут же принимается тараторить она, почуяв, что сейчас отхватит, — я же не могла даже пробиться к тебе! И я Тигра караулила… Ну прости, подруга! Но вообще, прикольно получилось! Та-а-акой секс!
Онемев снова, я перевожу взгляд с приятельницы-предательницы на этих трех поросят, так сильно подставивших меня.
— И когда заметили? — прищуриваюсь я, готовая, если скажут, что с первого выступления, глотки рвать. Потому что это… Я даже не знаю, что это такое…
— Прямо на последней песне, — переглянувшись, с готовностью чуть ли не хором отвечают парни.
Смотрю по очереди каждому в глаза, с огорчением убеждаясь, что правды не добьюсь.
Выдыхаю, сильнее кутаюсь в халат, а потом и вовсе продеваю руки в безразмерные рукава и наглухо затягиваю пояс.
Единственный нормальный парень здесь — Камень.
Остальные — озабоченные придурки. Понятно теперь, почему так орали и так радовались.
— Вась… — нерешительно начинает Сашка, в этот момент ведущий объявляет начало боя, наступает тишина, а затем звук удара. Одного. И звук падения чего-то тяжелого.
