Член оказывается в таких тесных тисках, что меня бьет оголенными проводами.
Василиса вскрикивает от неожиданности, приподнимается и смотрит на меня затуманенным взглядом. Наваливаюсь на нее всем телом, прижимая к кровати. Бедрами толкаюсь, выходя из нее лишь наполовину. И снова резким толком внутрь.
До слуха доносится хлюпанье.
– Ну, видишь, – хриплю Василисе в губы, – а ты говорила, что не войдет. Отлично же входит.
И чуть быстрее толкаюсь в нее, подтверждая свои слова.
– Туго очень, – подыгрывает она мне.
Вижу это по веселому блеску в глазах.
– Так и надо, девочка, – шепчу уже на ухо. – Так и надо.
Еще быстрее двигаю бедрами.
Василиса опять стонет, прикрыв глаза. Скребет ногтями спину.
Я замедляюсь. Немного успокаиваюсь. Хочу кончить по-другому.
Приподнимаюсь и, не давая Василисе прийти в себя, быстро переворачиваю ее на живот, приподнимаю немного и ставлю на колени.
Она послушно прогибается и с наслаждением наблюдаю, как смазка стекает по бедрам. Опять приставляю член и плавно вхожу в нее.
Держу за бедра и трахаю. Так, как мечтал. Широко, почти выходя из нее и резко ударяя.
Впиваюсь пальцами в нежную кожу. Наверняка, останутся синяки, но не могу ослабить хватку. Хочу, чтобы была вся моя. Полностью.
– Ох, – то и дело срывается у Василисы. – Не могу… Господи…
Она скребет ногтями по простыням. Сбивает их. И сама тянется рукой себе между ног.
Хорошая девочка.
Вид сверху на ласкающую себя Василису еще больше заводит меня. Я хриплю и еще быстрее долблюсь в нее.
Ну же, давай, девочка, пора.
И она не подводит меня. Дергается и опять дрожь по ногам.
Обессилено падает на кровать и я ложусь на нее. Продолжаю двигать бедрами в бархатных, сжимающих с какой-то адской силой стеночках.
– Давид, – стонет Василиса, наконец, мое имя и я кончаю.
Заполняю ее спермой. Еще два толчка, чтобы до упора, до конца выжать все из себя. В нее. В Василису.
Она же пьет таблетки? Значит, можно кончать, не опасаясь последствий.
Немного придя в себя, вынимаю член и переворачиваю Василису опять лицом к себе.
– Давид, – шепчет она.
Глаза чуть приоткрыты. Тело такое мягкое, податливое. Губы опухли от укусов. На щеках румянец.
Сплошной секс.
Все-таки, я не прогадал. Такую девочку заполучил. Хоть не зря женился.
Теперь главное – уберечь ее от всего того, что меня окружает.
Может, запереть ее тут. Продолжаю ее рассматривать. Все еще торчащие соски, складочки, из которых сочится смазка и остатки спермы.
Пусть немного отдохнет.
