– Вот так, маленькая, вот так, – хриплю, удерживая ее рукой, ласкающей клитор.
Облизываю большой палец и начинаю ласкать и узкое колечко. Обвожу его по кругу, слегка надавливаю. И опять по кругу. А потом немного просовываю в него палец. Но Василиса зажимается, несмотря на ласки. Не пускает. Но это пока.
Беру ее обеими руками за бедра и начинаю трахать. Именно трахать. Быстро, резко. Чтобы слышать хлюпанье и удары яиц о нежную кожу.
Сверху наблюдаю, как Василиса утыкается лицом в кровать. Громко стонет. А руки блуждают по кровати в поисках, за что зацепиться.
Сжимаю зубы и еще сильнее толкаюсь в нее. Где-то внизу позвоночника собирается узел, который просто взорвется. Опять мощным взрывом.
И я хочу этого. Но и злюсь за это за зайку."
"Поэтому хлестко ударяю ее по заднице. Она тут же инстинктивно сжимает меня еще сильнее и я громко рычу.
Толкаю ее на кровать и накрываю всем телом.
Двигаются только бедра. Беру ее руки в свои и удерживаю.
– Давид! – кричит Василиса, повернув голову набок. – Боже! Давид!
И кончает.
Опять кончает подо мной.
Бью бедрами в подрагивающие ноги.
– Зайка, – шепчу в волосы после того, как опять заполняю ее своей спермой. – Моя зайка… Самая сладкая… Все мое…
Она так и лежит, уткнувшись лицом в кровать. Лишь часто дышит и слегка постанывает.
Поднимаюсь с нее и переворачиваю к себе лицом. Беру за подбородок и целую. Властно. Чтобы знала, что моя.
Когда отпускаю ее рот, она шепчет:
– Давид…
– Что, зайка? – улыбаюсь я, видя, что она еще не отошла от оргазма.
Я даю ей такие эмоции.
Это подо мной она кончает так, что потом долго не может прийти в себя.
Наклоняюсь и шепчу ей в ушко:
– Еще раз увижу с другим мужиком, и выпорю по-настоящему. Ремнем. Поняла?
Кивает.
Вот такая послушная она мне нравится больше.
– Так, – довольно говорю я, проводя рукой по хрупкому телу, – а сейчас в душ. Потом мне отъехать надо будет. По нашим общим делам, – приподнимаю бровь. – А вечером…
Опять просовываю два пальца ей в рот. В этот раз не кусает. И я улыбаюсь.
Беру ее на руки и несу в душ.
Глава 28
Давид
Трахнув еще раз Василису и в душе, наконец, одеваюсь.
Зайка сидит на кровати, прислонившись к спинке. В полотенце, в котором я ее и вынес из душа.
– Так, поеду решу дела с мудаком Игорем, – говорю я, застегивая рубашку. – А ты сиди дома. Поняла? Надеюсь, блокировать двери не надо?
Строго смотрю на нее.
– Вечером вернусь и поговорим. Обо всем поговорим, зайка.
– А как же теперь моя работа? А университет? – тихо произносит она.
