На голове над черными как смоль кучерявыми волосами сидела феска, шапочка, пошитая, как и шаровары, из синего атласа. Метрдотель при виде англичанина изобразил подобие улыбки, задрав кверху дугообразные усы, и на хорошем английском произнес:
— Вас ждут, сэр Чарльз.
В центре ресторана была балюстрада, освещенная с четырех сторон яркими прожекторами. На ней исполняла танец живота полнотелая женщина. Лицо танцовщицы прикрыто вуалью, и видны только глаза, а из одежды на ней были только два беличьих хвостика, прикрепленные к соскам тяжелой груди, да низ живота прикрывала накидка из ниток бисера.
Вокруг балюстрады стояли низкие столики, возле которых сидели посетители, поджав под себя ноги, и зачарованно смотрели на движения танцовщицы. Колебания живота заставляли дрожать бисер, и беличьи хвостики шевелились как живые.
Небольшой кабинет изнутри украшен арабскими письменами, представлявшими собой некий экзотический орнамент. Под потолком висел светильник в виде волшебной лампы Аладдина, от нее вниз бил тонкий луч мутноватого света.
Пол был покрыт толстым персидским ковром. Посреди кабинета на ковре стоял большой серебряный сосуд, от которого тянулся тонкий шланг. Возле сосуда, закинув левую руку за голову, а правой сжимая шланг с мундштуком на конце, лежал мужчина.
На вид ему было немногим больше сорока, невысок, спортивного типа, широкоплеч, большой лоб с залысинами, глаза с увеличенными зрачками и поволокой (скорей всего это из-за кальяна). Он был одет в бледно-голубые джинсы и белую, без рекламных рисунков футболку.
"
"Увидев гостя, американец еще раз затянулся и, приподнявшись, протянул руку вошедшему.
— Добрый день, я Джеймс Фишер, — представился он. — Присаживайтесь, Чарльз, а лучше ложитесь.
Сэр Чарльз опустился на ковер, жалея о том, что согласился на встречу в этом балагане. Фишер трижды хлопнул в ладоши.
— Мустафа, можно подавать обед.
Тут же откинулась ширма, в кабинет вошел официант, одетый на манер метрдотеля в яркие восточные одежды. Быстрыми, ловкими движениями официант поставил на ковер перед американцем большое блюдо с пловом, блюда поменьше с ароматно пахнущей тушеной бараниной, кусками маринованной курятины, покрытыми соблазнительной корочкой.
Убрав кальян, официант молча удалился.
— Угощайтесь, Чарльз, плов у Мустафы сегодня просто объедение. А шашлык будет вообще фантастическим, барашка я сам выбирал.
Слушая болтовню американца, сэр Чарльз пытался проанализировать своего собеседника:
«Для разведчика болтлив не в меру.
