— А вы что, не узнаете своей работы, коллега? — спросил с издевкой Д’Олэнторн. — Я узнаю топорный почерк ЦРУ. Ваш неуемный аппетит требует всего пирога со всей начинкой. Но на этот раз вы ошиблись и придется отвечать по всей строгости. Капитан Вудхолл, арестуйте этого человека! Необходимо сегодня же доставить его в Лондон. Пусть там попытается рассказать о своей непричастности к этому убийству.
Капитан Вудхолл сделал шаг к оторопевшему Фишеру и замер. Взглянул на обезумевшие глаза Д’Олэнторна, как бы раздумывая, на что решиться.
Затем вскинул голову, щелкнул каблуками и твердо произнес:
— Сэр, я не имею на это надлежащих полномочий.
— Да вы что, обезумели, Д’Олэнторн, — сообразив, что арест ему не грозит, Джеймс Фишер решил атаковать английского эмиссара. — Не надо сваливать все на ЦРУ, еще неизвестно, может, это работа вашего Интеллидженс сервис. Лондонские снобы решили не делиться, как вы выразились, пирогом с кремом. А вы либо великий актер, либо ничего не знающий громоотвод. Так что все равно этот вопрос будут выяснять те, кому положено.
В каменную ограду врезалась граната, вырвала из стены несколько кирпичей. Со звоном разлетелось несколько стекол, в потолок ударила шальная пуля, обсыпав стоящих внизу штукатуркой. Все пригнулись, а капитан Вудхолл опять щелкнул каблуками и сказал:
— Сэр, необходимо спуститься в подвал, здесь становится опасно.
— Да, да, — рассеянно закивал Д’Олэнторн, — давайте, господа, спустимся вниз."
"Пригибаясь, разведчики начали спускаться по лестнице; с зажатым в правой руке «браунингом» последним шел капитан Вудхолл.
На первом этаже, одетые в кевларовые шлемы, зажав штурмовые винтовки, в боевой готовности у окон стояли десантники. Они ожидали нападения на особняк. В подвале ярко горел электрический свет от дизель-генератора. Четверо гуркхов стояли у заведенных броневиков на случай эвакуации.
— Черт, здесь можно угореть, — выругался Вудхолл и жестом подозвал к себе плосколицего унтер-офицера: — Живо включи вентиляцию.
Унтер-офицер бегом бросился выполнять приказ, а капитан обратился к Д’Олэнторну и его гостям:
— Присаживайтесь, господа, а мне пора наверх.
Д’Олэнторн и Фишер присели на ступеньку броневика.
Рано Турхамадин стал немного поодаль от них. За все время этой бойни он не произнес ни слова. Опустив руку в карман пиджака, он снова включил передатчик и теперь уже в эфир послал два длинных сигнала. Операция «Контрольный выстрел» отменялась...
Танк Волина снова ухнул пушкой в сторону БТР.
