Терри Ли Моул тяжело вздохнул, неожиданно он вспомнил некогда модный шлягер «Распутин» негритянской группы «Бони-М» и мысленно произнес:
«Ох уж эти русские»...
Утро президента Раббани началось с чрезвычайного совещания Кабинета министров. Обсуждался один вопрос — исчезновение Мансура Хектима. Но за час до этого в своих покоях доктор богословия Бархунадин Раббани встретился с Ахмадом Шахом Масудом и Исмаил Ханом, полевыми командирами, имеющими больше силы и власти, чем все остальные министры и полевые командиры Исламского общества Афганистана.
Вчера днем подразделение радиоперехвата запеленговало, а затем и расшифровало переговоры двух командиров полков пятьдесят третьей дивизии Дустума. Суть этих переговоров сводилась к тому, что советник президента Афганистана по безопасности предал своего хозяина, раскрыв лидеру НИДА тему и результаты переговоров с лидером таджикской оппозиции. А также решение президента Раббани заменить несгрворчивого муллу на послушного полевого командира.
"
"Сообщение было настолько абсурдным, что, узнав о нем, министр обороны Ахмад Шах поспешил к президенту. Выслушав доклад, доктор Раббани сознался, что действительно поручал полковнику Хектиму подготовить замену Абдулхану Юсуфу Нурадину и что, кроме их двоих, об этом никто не знал. Из всего этого вытекало, что Мансур Хектим действительно предатель.
Министр обороны потребовал президентского указа на немедленное умерщвление изменника. Но Бархунадин обладал живым умом и громадным жизненным опытом, чтобы не делать поспешных выводов.
Президент не исключал, что Хектим в поисках нового лидера таджикской оппозиции мог где-то «засветиться», а враги это тут же использовали.
— Нет, — наконец произнес Раббани, — сначала надо его допросить.
В тот же вечер во дворец полковника Хектима был отправлен большой отряд моджахедов с приказом арестовать полковника, как только он вернется в Кабул. Но ночью на эскорт Мансура Хектима было совершено нападение. Моджахеды, прибывшие арестовывать советника, попытались отбить его, но сами наткнулись на засаду и понесли большие потери.
С рассветом все воинские части ИОА были приведены в повышенную боевую готовность, жители столицы прятались по домам, ожидая новых боев. В президентский дворец съезжались министры, намечалось экстренное совещание Кабинета.
После утреннего намаза Бархунадин Раббани встретился с руководителями западных и северо-восточных провинций Афганистана.
