Ни стола прежнего, на котором он сидел, ни стула, которое уже форму его приняло. Она все поспешила поменять. Оборудовала здесь светлый уголок. Помнится, Наташа не раз ему говорила, что в кабинете у него мрачно и стоило бы сменить обстановку. Дамир до последнего отказывался.
Теперь в его кабинете было не мрачно. Но Дамиру захотелось с грохотом поднять стол и выбросить его прямо в окно. Разозлила. Перестроила всё, даже стены выкрасила.
— Это что? — спросил, окинув кабинет взглядом.
— Мой кабинет, — прощебетала Наташа.
— Кабинет… твой, — констатировал. — А на кой, позволь поинтересоваться, хуй, он тебе нужен?"
"Дамир злился. Руки в кулаки сжимал и не знал, как себя вести. Не бить же ее, в конце концов, хотя хотелось. Она права не имела здесь все переделывать. Впрочем, это означало лишь одно — о том, что он жив она понятия не имела. Жила в свое удовольствие, деньги тратила, а тут вот… неожиданность. Даже жалко Наташу на несколько мгновений стало.
Впрочем, жалость сразу ушла, стоило ему снова взглянуть на кабинет.
— Куда все дела?
— Продала, — проскулила.
Дамиру хотелось убивать. Впрочем, он ее трогать, конечно, не станет.
— Хорошо, — оскалился и подошел к небольшому креслу.
Оно ему почему-то напоминало цаплю. На одной тоненькой ножке, высоченное, без спинки. На пару минут, за которые он ее отчитает, сойдет.
— Мебель всю вернешь, — отчеканил. — Не ебет, где будешь искать, но чтобы было все на месте.
Она лишь поспешно согласилась. Понимала, видимо, свои косяки.
— А теперь про взрыв рассказывай, — ухмыльнулся.
— Ты Варваре сказала, что его устроила. И даже исполнителя наняла.
— Я не…
Наташа взвизгнула, заметалась по комнате. Волновалась она, конечно.
— Я не делала ничего, клянусь! Я только… напугала твою эту… чтобы она денег у меня на ребенка не просила. Она испугалась и ушла. Всё!
Дамир сжал зубы. Лучше бы она и правда взрыв подстроила, чем признавалась в этом. Насколько же это нужно было быть бессердечной тварью, чтобы забрать у ребенка деньги.
— Поверь мне, Дамир.
Я бы никогда… Да и как? — Наташа глаза округлила. — Я, конечно, подослала к ней Адама, но я его не нанимала.
Все-таки, Дамиру не дано понять женскую логику. Он всегда считал, что ребенок это дар божий и его необходимо защищать. А она — спокойно отправила ребенка “любимого”, как она утверждала всегда, мужчины, жить в нищете. Зла на нее не хватало!
— Значит, шмотки свои собираешь и на выход. Заявление о разводе подпишешь сразу, как я восстановлю документы.
