— поднимает на меня свои зелёные глаза, а в них паника.
— Что такое? — тоже паникую.
— Живот вниз потянуло. Ой, — стискивает мои плечи, начиная дышать глубже. — Кажется, началось. Рустам…
Глубоко втягиваю воздух.
— Так, без паники. Ну-ка присядь, — пересаживаю ее в свое кресло. Хватаю телефон, сначала набираю скорую, но потом скидываю звонок. Они будут ехать по пробкам хрен знает сколько. А наша уже оплаченная клиника совсем рядом. Набираю Дмитрия. — Машину ко входу, срочно! — велю ему в трубку. — Давай, девочка моя, пойдем потихоньку, — подаю ей руку.
А Диана отрицательно качает головой.
— Всё прошло, — хлопает глазами.
Я не акушер и не женщина. Но за время беременности Дианы изучил всё по этому вопросу. Это схватки, и сейчас ее просто на время отпустило.
— Замечательно, — мягко произношу я, поднимая ее на ноги. — Но мы все равно поедем в клинику.
— Да не надо, так бывает, всё правда прошло, — отрицательно качает головой. — Я хочу домой. Мне рано рожать.
Это паника. Мне, черт побери, тоже страшно, спина покрывается потом.
Но если я сейчас начну паниковать...
— Не рано. Не мне тебе рассказывать, что сроки родов примерные. Поехали, моя хорошая, — тяну ее на выход.
— Да, Рустам, ну правда, всё хорошо... Ай! — останавливается, хватаясь за живот.
— Всё, поехали! — включаю повелительный тон.
А потом начались шесть часов мучительного ожидания.
Я рядом с Дианой. Каждая ее схватка отражается на мне. Тянет каждый нерв. Можно облегчить ее боль. Но Диана категорически против обезболивающего.
И вот я ласково успокаиваю ее, рассказывая всякую ванильную чушь, делаю массаж и всё, чтобы облегчить ее боль. А потом выхожу и рычу на медперсонал, чтобы что-то сделали. Мне хочется всех поубивать на хрен за каждый стон и вскрик Дианы…
И вот наша дочь появилась на свет. Из родзала Диана меня выгнала. Причем матом. Я рвался. Мне важно было всё проконтролировать. Чтобы не дай бог...
Жду в палате, куда должны привезти Диану и моего ребенка. Здесь уже корзина ее любимых цветов. Заставить цветами всё мне не позволили.
— Принимайте дочь, — в палату входит девушка, ввозя люльку. — Хорошая, здоровая девочка. Пятьдесят три сантиметра, три двести.
— Это нормально? Всё точно хорошо?
— Не нервничаем, — усмехается девушка. — Всё хорошо.
— Где Диана? Она как?
— С ней тоже всё хорошо, небольшие разрывы. Сейчас привезут.
— А это тоже нормально? — рычу.
— Мужчина, вам успокоительного накапать? Какой у нас папа нервный. Ух, — улыбается моей дочери. — Всё хорошо.
