Он казался ей вполне адекватным и говорил вполне разумные вещи, но зачем он надевал на себя эту страшную маску старика и отчего вообще притащил ее в это время? Она не могла понять. А ведь сделал это именно он, теперь она даже не сомневалась. Он так и стоял перед ней, возвышаясь и не спуская властного давящего взора с ее лица.
– Зачем ты переместил меня в это время? – задала она вопрос в лоб.
– Это было необходимо, – ответил он спокойно, даже не удивившись ее вопросу и прекрасно понимая, о чем она говорит. – Только здесь я мог завоевать тебя спокойно.
В твоем времени это было бы невозможно. Там не было моего подземного дворца, да и европейские спецслужбы разыскивали меня, чтобы схватить. Нарушил я закон в твоем веке, – он чуть поморщился. – Проник в тайное хранилище в Букингемском дворце. Этим наверняка подписал себе смертный приговор. Да, пока я искал тебя, Надюша, успел натворить нелицеприятных дел в твоем времени. Потому мне представлялся единственный выход – улизнуть с тобой из двадцать первого века.
Здесь все же мне привычнее и безопаснее. Тут мой дом.
Она молчала и только напряженно смотрела на него, окончательно опешив от его слов. Он тоже замолчал и как-то печально предложил:
– Хочешь чаю?
– Нет.
– Хорошо, но ты должна успокоиться. Я тебе все объясню. Не хотел я так, чтобы все сразу, как обухом по голове. Хотел постепенно. Чтобы ты привыкла ко мне, полюбила. Но, видимо, теперь придется рассказать сразу все, – он взял стул и уселся напротив нее в двух шагах. – Сегодня, право, какой-то гадкий день.
Как представлю, что вернулся бы сюда чуть позже, что бы было…
– Да уж…
– Еще и эти вокруг шастают.
– Кто?
– Неважно, – нахмурился он.
Отчего-то Наде подумалось, что он говорит про людей, из-за которых два часа назад стремительно покинул сад и о чьем появлении сообщила ему охранная сигнализация на телефоне.
– Ну что ж, Надюша, давай все по порядку, – начал он и внимательно посмотрел на нее. – Да, я перевез тебя сюда, в девятнадцатый век. Я хотел завоевать твое расположение, как уже сказал, чтобы ты полюбила меня.
Я намеревался сделать это постепенно, хотел, чтобы ты пока пожила у меня здесь, в подземном дворце, а потом я бы представил тебя всем как свою жену. Но ты все сама испортила. Зачем-то убежала, потом в лесу заблудилась, ведь так? – он замолчал, и Надя медленно кивнула.
Она вновь вспомнила тот день, два месяца назад, когда очнулась на камне в каморке, в которую кто-то выламывал дверь, потом вспомнился тот подвал и бег по лесу.
