Давай попробуем?
Мы быстро прошагали по ступенькам, я проделала все действия с дверью, та медленно открылась.
– Дальше что? – не понял Иван Никифорович. – Нам так и стоять?
Из темноты донесся женский голос:
– Добрый вечер! Поднесите телефоны к считывателю, чтобы я увидела ваши билеты. Если имеете бумажный вариант, то…
Иван Никифорович, не дожидаясь, пока завершится речь, живо выполнил первую просьбу, и повисла тишина. Через короткое время зажглась тусклая лампочка. Я увидела узкий коридор, стены которого оклеили серыми бумажными обоями.
У самого входа пол покрывал кусок линолеума, на нем лежала рваная мокрая тряпка. Дальше стояли так называемый венский стул и тумбочка, над ней висело круглое зеркало, а за ним тянулся ряд крючков, на некоторых болтались чьи-то грязные куртки.
– Ой! – воскликнула я. – Добро пожаловать в квартиру, где прошло мое детство. Вот сейчас там, где коридорчик заворачивает вправо, возникнет ведьма и сердито скажет: «Приперлась? Опять с кошелкой „двоек“, небось?»
– Вот они! – проскрипел то ли женский, то ли мужской голос.
Перед нами возникла куча, одетая в халат. Ноги она всунула в обрезанные до щиколоток валенки, на голове топорщились железные бигуди.
– Ну и ну! – снова не удержалась я. – Бабка ожила!
– Здрасстя! – произнес клон моего детского несчастья. – Значитца, так! Я главная тута! Дверь на выход типа заперта! Ежели хотите домой, надоть мне ребенка вернуть!
Похоже, весь интерьер и внешний вид тети поразили Ивана Никифоровича, потому что он осведомился:
– Кого следует вернуть?
– Мужик, ты глухой? – усмехнулась баба.
– Малыша! Тут квартира без конца и края. Мерзота мелкая не пойми куда усвистела, а я евонная нянька. Вернутся баре – утопят меня в бездонном колодце. Усек? Предлагаю этот, как его… обмен. Только сейчас его по-иностранному обзывают…
– Бартер? – подсказала я.
Бабка скорчила рожу.
– Чегось поперек батьки в пекло лезешь, рот открываешь? Кто в дому главный?
– Жена, – быстро ответил Иван Никифорович.
– Окстись! – прокашляла старуха. – Перестаньте оба балаболить! Рта открыть не могу, свое кукарекаете!
Я шепнула мужу:
– Действие мало похоже на постановку пьесы, мы не туда попали.
Но у старухи оказался слух, которому позавидует горная коза.
– Тудысь, тудысь, растудысь! По адресу пришаркали! Классиков вы, как все интеллигенты, не читали – времени на это нет. Нынче все прямо в восторге от Александры Марининой и Татьяны Устиновой, но в этом признаться не желают, вот и лгут про обожание великих литераторов.
