Давайте, я включу запись его ответа. Простите, плохо общаюсь с компьютером.
– Понимаю вас, – тихо рассмеялась Марина, – сама такая.
Я положила телефон на стол, нажала на экран, и раздался голос Димона.
– Еще недавно для того, чтобы уничтожить письмо, которое уже дошло до адресата, требовались ведьмы с волшебными заклинаниями. Однако, ситуация изменилась. В стандартный почтовый клиент «Гугл» встроили удаление писем. Это работает как в браузере, так и в мобильном приложении. Электронное послание контролируется с помощью конфиденциального режима.
Можно задать срок действия от одного дня до пяти лет. По его истечении письмишко удалится из почтового ящика и с сервера. Оно конфиденциально, его нельзя распечатать, переслать, скопировать. Но, понимаешь, скриншоты или фото экрана никто не отменял. И можно еще защитить послание паролем, который тебе упадет по эсэмэс.
Я отложила телефон."
"– Вероятно, отправитель текста нашей клиентке воспользовался разработкой «Гугла». Или у него был доступ к ее устройствам, он просто сам стер письмо, но женщина отрицает подобную возможность.
Поведение Комарова показалось нам странным. Зачем удалять письмо? В нем содержалась информация о жалобах соседей на шум в доме, который сдается. Наверное, кто-то примчался с претензиями к Леониду Николаевичу, тот решил разобраться, написал собственнице.
Марина Николаевна сняла очки.
– Ситуация действительно непонятная. Если к нам приходит некто, разгневанный поведением соседей, то это не для Комарова. У нас есть сотрудники, которые подобные вопросы хорошо решают.
Народ постоянно чем-то недоволен. У одних собака под забором пролезла, на чужой участок забрела, цветы помяла. Ущерб на копейки, но обиженный требует пса усыпить, владельца посадить. Пятилетняя девочка села на двухколесный велосипед старшей сестры, выехала на главную улицу поселка, упала, сломала ногу. Кто виноват? Взрослые, которые не усмотрели за егозой. А родители малышки требуют от администрации поселения деньги на лечение ребенка, потому что, по их мнению, непослушница въехала в яму на асфальте.
Сделали проверку – покрытие идеальное. Мать стоит на своем: «Была дыра, ее спешно заделали. Пусть платят триста тысяч!»
– Ого! – воскликнула я. – Забудем, что пятилетка гуляла без присмотра, но тогда вопрос: неужели у пострадавшей нет полиса ОМС?
– Да все есть, – махнула рукой Гришина, – только кому-то очень хочется триста тысяч. Каждый день у нас всякого-разного в избытке. И разбираемся без начальника.
