— Поехали, — сказала она, с трудом заставив шевелиться разом помертвевшие губы. — И по дороге ты должен мне рассказать о том, почему Глаша и Костик в одночасье решили, что они тебе неродные.
— При чем тут это? — Он посмотрел недовольно.
За разговорами они уже вышли на крыльцо, заперли дверь, сели в машину, которая, шурша колесами, начала пятиться, выезжая за ворота. Те мягко закрылись, щелкнула кнопка на пульте, загорелась лампочка, свидетельствующая о том, что дом поставлен на охрану. Вера потерла лоб, потому что ей снова пришло в голову что-то важное, связанное именно с сигнализацией.
Теперь она это точно понимала. Но дети Молчанского сейчас были важнее.
— Потому что ты действительно должен был быть сегодня вечером дома, — мягко сказала она. — А вот Глаши и Костика там быть никак не могло. Кто-то, кого мы пока не знаем, сделал для этого все возможное. И мне кажется очень важным знать, с помощью какой информации ему это удалось.
Павел помолчал, словно обдумывая то, что она сказала. Затем кивнул, соглашаясь с ее правотой.
Во взгляде его сквозило уважение.
— Ты права, — ответил он, — как всегда, права. Сейчас я тебе все расскажу.
* * *Павел и Светлана Молчанские поженились очень рано, еще студентами. Тогда казалось — нет ничего важнее, чем быть вместе. Засыпать и просыпаться в одной кровати, а не искать укромные уголки для поспешных занятий любовью. Готовить нехитрую снедь на маленькой кухне, сосредоточенно сдвинув брови, высчитывать, сколько денег осталось до стипендии. Конечно, родители им помогали, но роскошествовать все равно не приходилось.
Родителям Павел и Светлана были благодарны уже за то, что те не противились их браку, а восприняли его как само собой разумеющееся. Не отговаривали, не убеждали подождать до окончания института, а сразу сказали: «Раз любите, так и женитесь на здоровье». Родители Светланы сняли молодым квартиру — однокомнатную хрущевку в отдаленном спальном районе, зато свою. Мама Павла, учительница, воспитавшая сына одна, без мужа, помочь деньгами не могла, зато всегда приходила в дом с продуктами: то кусок колбасы принесет, то полкило сосисок в морозилку положит, то картошки притащит, то пирогов напечет.
Так и жили."
"Павел практически сразу начал работать. Профессия программиста тогда была еще диковинкой, редкостью. Павлу повезло, потому что у его давно умершего отца, которого молодой человек даже не помнил, был брат, оказавшийся довольно известным в их городе криминальным авторитетом.
