До цели ещё несколько километров. Когда схлопываю интерфейс, бьёт гранатомёт Харра. И метрах в двадцати от нас, разлетается в клочья треть туши скорпиона. Зря он вылез из песка, привлечённый звуками транспорта.
Вот мы уже на самом подходе. Взлетаем на очередную песчаную дюну и я вижу поблёскивающий под лучами солнца металл. Осталось перевалить через пару барханов и всё. Противника пока нигде не видно.
Багги резво взбирается на следующее препятствие и тут прямо из песка выскакивает здоровый «египтянин», бросившийся под колёса.
Не успеваю понять, что происходит, как транспорт кренится и летит набок. Всё что успеваю заметить — человеческие фигуры, поднимающиеся из песка. А через мгновение, стекло шлема погружается в местный «грунт».
Глава XXIV
Удар относительно мягкий. По крайней мере, тело всё ещё слушается команд. Перекатом ухожу в левую сторону — переусердствовав, едва не скатываюсь вниз по склону. Зато это спасает меня сразу от трёх ударов. Именно столько утырков решило попробовать достать меня копьями.
Автомат. Сука, давай уже. Подцепляйся.
Слишком поздно осознаю, что пальцы захватывают пустоту, а моё оружие валяется на песке, в нескольких метрах от меня. Первый из «египтян» уже рядом — выбрасывает вперёд копьё, пытаясь ударить в корпус. Сервомоторы работают на максимуме — выходит уйти в сторону. Вцепившись в древко, со всей силы дёргаю на себя. Внезапно получается. Противник теряет равновесие, летя на меня. Отпустив его собственное оружие, делаю то, на что хватает времени — сжав кулак правой руки, впечатываю его в нос солдата.
Удар опрокидывает того на песок, а я опускаю руку на рукоять револьвера. Ещё двое уже совсем близко.
Взвести курок. Выстрелить. Ещё один ублюдок получает пулю в горло и с изумлённым выражением лица вскидывает руку к ране. Второму хочу прострелить колено, но промахиваюсь — пуля зарывается в песок. Когда снова взвожу курок, самый первый уродец хватает меня за ногу, заставив рухнуть вниз. Из-за этого свинец уходит намного ниже.
Но так даже лучше — попадание в область паха оказывается для противника куда более болезненным.
Где-то в стороне тоже гремят очереди. Но с моего места не разобрать, кто именно ведёт огонь. Это может быть кто угодно из числа команды.
Обрушиваю рукоять револьвера на голову солдата с разбитым носом, который сейчас пытается схватить меня и второй рукой. Но быстро понимаю, что быстрого результата это не даст. Бросив огнестрел, хватаюсь за нож. Удар, ещё один.
