А через мгновение, в меня что-то врезается, отбрасывая к стене. Удар не такой сильный, как в случае с «гориллой» — я даже не теряю ружьё. Правда почти сразу сам выпускаю её из рук. Перезарядиться при таком раскладе, я всё равно не смогу.
Поворачиваю голову. Громадная псина пытается добраться до «рыси», которая успела вставить в её челюсть штуцер, используя тот, как распорку. Но надолго девушки не хватит. Обхватываю пальцами рукоять револьвера и слышу ещё один выстрел штуцера. Слева что-то дико орут местные, которым похоже здорово достаётся.
А перед глазами мелькает ещё один пёс, прыжком бросившийся в атаку.
— Харр!
Крик Эйры чётко идентифицирует цель нового объекта. Я же поднимаю руку с револьвером, взводя курок. Твою же, сука, мать! В таком темпе нас перебьют через минуту. Выстрел. Пуля бьёт прямо в лоб пса. Но вместо того, чтобы сдохнуть на месте, тот отшатывается назад, ошалело тряся головой. Медсестру жопой на солдатский хер! Он ещё и бронированный!
Вторую пулю отправляю в корпус. На этот раз вроде уходит вглубь тела.
Хотя тут хер поймёшь, насколько серьёзно он ранен. Цнара внезапно отпускает ружьё и опускает правую руку к поясу. Я в третий раз взвожу курок, а девушка внезапно всаживает в брюхо собаки нож. Из тех, что мы недавно нашли. Ожидаю, что эффект будет околонулевым, но сталь срабатывает — зверь с рёвом отпрыгивает в сторону, щедро заливая пол кровью. Всаживаю ему в бок ещё одну пулю. Лишней точно не будет.
Уперевшись левой рукой в пол, выпрямляюсь. Вижу, как поднимается с пола Харр, сжимающий в каждой руке по клинку.
Тоже разделался со своим противником врукопашную. За его спиной бойцы Ярды осыпают ударами ещё двух псов, которым осталось уже недолго. Не успеваю удивиться, что атакующих было настолько мало и нас не решили добить, как Эйра с Анто почти одновременно разряжают свои штуцеры.
Поворот головы и в поле зрения оказываются «египтяне», выскакивающие в коридор. Двое сейчас оседают на пол, но ещё несколько мчатся прямо на нас, опуская копья.
— Брод! Сзади!
Крик пытающейся подняться на ноги Цнары, заставляет броситься в сторону.
Копьё поражает только воздух, а я поворачиваю руку с револьвером. В момент, когда солдат противника выскакивает из прохода, что был у меня за спиной, почти вжимаю ствол ему в шею и спускаю курок. Везёт — люди у них не так хорошо защищены, как собаки. Хотя, может у него только шея такая — там сплошная кожа, сосуды, да хрящи с мясом. Сложно прикрыть от пули.
Как бы там ни было, свинец проходит насквозь.
