— Я тебе верю, малыш, но я не готов тебя потерять, как свою первую жену. Ты не понимаешь о чём просишь меня. Мне достаточно твоей любви: чистой, искренней, бескорыстной, необъятной как этот мир… Я хочу жить тобой… Дышать тобой… Прикасаться к тебе… Любить тебя… Открывать каждый раз в тебе что-то новое… И ты не заставишь меня пойти на риск! Я больше не верю судьбе!
— Но я хочу ребёнка, Дима! — будто молитву произнесла.
— Хочу маленького, упрямого как его отец, прекрасного, кудрявого Демоненка! С такими же пронзительными синими глазками, с выразительными скулами и полными губками, с хмурым носиком и обворожительной улыбкой.
— Ангел, только не сейчас, пожалуйста, не рви мне душу в клочья! — уткнулся носом в мою шею за ухом, прижимаясь губами к сонной артерии.
— Потому что ты обещал родителям? — не унималась я.
— Лина… — разочарованно простонал. — Я бы не слушал их… если бы…
— Почему она умерла?… Что такого произошло в тот роковой день? Мне нужны ответы!
Моя настойчивость всё больше будила в нём его тёмную сторону. Отстранившись от моей шеи, Демон насквозь проткнул меня взглядом, будто вогнал острый меч в самое сердце. Кажется, сейчас он с радостью покажет мне все грани ада. Я только успела всхлипнуть.
А он отошёл и поднял со столика свой мобильник. Затем снова на меня посмотрел и холодно произнёс:
— Дина умерла на операционном столе, когда из неё извлекали мертвого шестимесячного малыша. Надеюсь вопросов больше не последует, Лина?
— И ты поэтому хоронишь меня заживо? — зло выплескиваю из уст свою ярость, сжимая кулачки до впившихся в кожу ногтей. — Только поэтому? Решил — меня ждёт та самая участь? Ведь так?
— Мы идём к гинекологу и точка.
Ты будешь предохраняться! О детях подумаем позже!
— Предложишь суррогатную мать?! — меня всю трясёт. Он также в бешенстве. Осталось ещё громче разойтись и наш спор услышат все посетители этого заведения.
— Не исключаю такой вариант! — Дима упёрся в столешницу двумя кулаками, сжимая челюсти до скрежета зубов.
