Я не сводил глаз с действий главного целителя, который объяснял Тахиру, что нужно делать.
– Дотронься до ее руки и не отпускай, – говорил он. – Когда Кэрин из тебя потянет магию, а она ее обязательно потянет, то не сопротивляйся, пусти в нее поток, но только небольшой. И придется тебе подпитывать ее пока не найдут матушку… Тахир, это может растянуться на неопределенное количество времени…
– Я согласен, – решительно кивнул водник, смотря на меня. – Ради брата я на все готов…
Моей благодарности не было предела, но одно точно знал, что будь на его месте я, то поступил бы точно так же.
– Хорошо, тогда приступай, ее сердце уже почти не бьется… – кивнул целитель в белой до пят мантии.
Я, затаив дыхание, подошел ближе, чувствуя, что Нерина двинулась следом за мной. Тахир, сидевший на стуле и удерживающий иссохшую кисть руки Кэрин, прикрыл глаза. Его кончики пальцев засветились, что говорило о призыве магии.
Я замер в ожидании, не отрывая взгляда.
Магический свет Тахира побежал по руке Кэрин… Секунда… Шокированные вздохи и неверие от увиденного…
– Получается, что не ради брата ты готов на все, Тахир, – в замешательстве хмыкнул главный целитель, смотря на родовую метку, проступившую на запястьях у водника и Кэрин, – а ради сестры…
28.
Я дождусь твоего пробуждения, капелька
28. Я дождусь твоего пробуждения, капелька
Кенар
– Это… – выдохнула Нерина, делая шаг вперед, чтобы лучше рассмотреть родовую метку пока мы с Тахиром словно два идиота смотрели друг на друга, не понимая, что происходит, – это что такое? Она… твоя сестра? – Нери уставилась на водника, чье лицо было белее мела.
Тахир, находясь в шоке от произошедшего, так и держал Кэрин за руку, подпитывая ее тело.
– Именно так, юная мисс, – вмешался в разговор главный целитель. – И сей факт вызывает несколько вопросов.
– Но как такое может быть? – друг вскочил со стула, но потом бросил взволнованный взгляд на свою новоиспеченную сестру, понимая, что отойти от нее ему нельзя.
– Она говорила, что у нее нет отца… – Нерина подняла взгляд на водника.
– Получается, что…
– Не может этого быть! – рыкнул Тахир, и я мог его понять, ведь всем стало очевидно, что его родитель сходил на сторону, когда Тахиру было примерно четыре года. – Папа не посмел бы!
В его глазах читалась целая буря. Он негодовал и находился в смятении. То и дело бросал взгляд на иссохшее тело Кэрин, которая, к слову, уже выглядела лучше."
"– Тахир, брат… – я хотел успокоить его, хоть чем-то помочь.
