Призвав все свою стойкость и самообладание, постучала в дверное полотно, которое мгновенно распахнулось предо мной, впуская в кабинет. На мое удивление ректора там не было, но присутствовала та, которую я вообще не ожидала увидеть."
"– Кэрин, прошу тебя… – выставила руки в примирительном жесте Алария Фэйр, когда я недовольно прищурилась, выпуская колючки, – выслушай меня, пожалуйста! – огненная магиана кинулась вперед, осторожно касаясь моих ладоней и сжимая их в своих. – Я не хотела обидеть тебя! – она подняла на меня свои честные глаза.
– Понимаешь, – женщина прочистила горло, явно нервничая или просто делая вид, – я… я всю свою жизнь вращаюсь в кругах высшего общества. Волей-неволей, но все же переняла его манеру общения, привыкла соответствовать так сказать, – она печально кивнула. – Иногда меня заносит, – почти прошептала Алария Фэйр, тем самым вызывая у меня удивление, ведь в таком признается далеко не каждая леди благородных кровей. – Мне так стыдно, ты бы только знала, – женщина опустила голову, не давая увидеть ее лицо.
– Ты такая хорошая девочка. Умная, воспитанная, скромная, умеешь держать свои эмоции при себе, это огромная редкость скажу я тебе. Я не знала, – магиана вскинула голову. В ее глазах блестели слезы, и вот тут-то мне стало так неловко, что словами не передать, – Я правда не знала, что ты и Кенар… Боги, как же стыдно, – всхлипнула она, отпуская мои ладони и, прижав их к своему лицу, резко поворачиваясь ко мне спиной. – Прости за эти эмоции, дитя, – шмыгнула она носом, пока я стояла словно столб, не зная, как быть.
– Я так рада, что мой сын нашел себе достойную девушку! Вокруг столько алчных созданий, а он отыскал самую лучшую! Да только я все взяла и испортила! – взвыла огненная магиана.
– Миссис Фэйр… – произнесла я, осторожно касаясь плеча рыдающей женщины.
– Дитя, прости, молю, – сквозь плач произнесла Алария. – Злись на меня, только не обижайся на Кенара за то, в чем виновата только я. Какая разница из какой ты касты?! Вообще все равно! Никто не скажет и слова против, я тебя уверяю в этом! – она обернулась ко мне, промакивая белоснежным платком уголки глаз.
– Мне важно, чтобы сын был счастлив, понимаешь? Ради него я готова на все! Не знаю, сможешь ли ты простить меня…
– Не волнуйтесь вы так, – мне было жутко неловко, – я не обижаюсь…
– Правда? – распахнула свои карие глаза женщина, точь-в-точь такие же, как у ее сына. – Девочка, ты самое светлое, что есть в нашем мире.
