Шаг… еще один… и еще… становилось тяжело от нахлынувших эмоций и переживаний. Я даже начала опасаться, что грохнусь в обморок.
Когда рука, сжатая в кулак, постучала по обшарпанной двери, а слуха коснулись шаги по ту сторону дверного полотна, то я задержала дыхание, как перед погружением в ледяную воду.
– Кэрин? – шок мамы на лице быстро сменился радостью, и она крепко обняла меня. – Дочка, хорошая моя! Как ты здесь оказалась? Я так по тебе скучала! Заходи, ну же, что ты стоишь? – она потянула меня в прихожую. – Какая форма на тебе красивая! Адептка академии Хистерион! – довольно улыбалась матушка, словно и не замечая моего эмоционального состояния.
– Мама, – тихо позвала я, желая как можно скорее прекратить ее восторженные вздохи.
– Как твои дела? У тебя сегодня выходной?
– Мама, – снова позвала ее я, только уже громче, потому что мне начало казаться, что она намеренно избегает моего взгляда. – У меня мало времени и я пришла поговорить с тобой…
– О чем? – удивленно вскинула она брови. – Давай чаю попьем и поговорим?
– Не хочу, – отказалась я.
– Вчера мне стало плохо…
– Как?! – побелела лицом родительница. – Что случилось?!
– Да ничего серьезного, – соврала я во благо, – просто неправильно произнесла заклинание и мне потребовалась магическая подпитка мага с такой же стихией, как у меня…
– Та-ак, – выжидающе протянула матушка.
– В общем, – мне становилось все тяжелее говорить, – когда Тахир…
– Тахир?! – мама отшатнулась от меня, как от удара, хватаясь за сердце.
– Что с тобой? – кинулась я к ней.
Она лишь мотнула головой, плотно сжимая губы, и от этого мне стало настолько мерзко, что словами не передать. Ее реакция лишь подтвердила все мои страшные опасения…
– Это правда, да? – шепотом спросила я, боясь, что сейчас сорвусь. – Правда, что у меня есть старший брат? Ты спала с женатым мужчиной… – последнее было скорее констатация факта, нежели вопрос. – Как ты могла? – всхлипнула я.
– Милая… – по щекам мамы потекли слезы. – Выслушай меня, прошу тебя…
Она смахивала их с лица, боясь ступить и шага в мою сторону.
– Ты знала… – горько произнесла я, чувствуя, как мое сердце заживо вырывают из груди. – Знала и врала мне, рассказывая сказки и небылицы. Зачем? Зачем, мама?
– Да потому что не хотела, чтобы и ты жила в той же тьме и грязи, что и я, – матушка смотрела на меня взглядом полным сочувствия и вины. – Я столько лет мучила и истязала себя, что скрываю правду, что донесла до тебя неверную информацию, но так тебе было спокойнее.
