Представляю, что ты пережила!
– Мы вполне можем обойтись с Пашей одной комнатой, – заявила та, вставая из кресла.
Сергей Петрович нахмурился.
– Ни стыда ни совести, – прошипела Анна, – это при живом-то муже.
Кузьминский перевел тяжелый взгляд на нее и холодным тоном велел:
– Ешь рыбу.
– Но у меня мясо, – вякнула Анна."
"– Значит, жуй телятину, – отбрил Сергей Петрович, – и не лезь куда не просят.
– Вот, – Анна вскочила на ноги, – вот так всегда! Я стараюсь, веду дом, а стоит этой появиться, и ты меня унижаешь.
За что? За что?!
Продолжая монотонно повторять вопрос, она вылетела из-за стола и, всхлипывая, убежала в коридор. За ней с воплем: «Мама!» – понеслась Клара. Валерий спокойно пил чай, а Белла, довольно ухмыляясь, жевала пятую по счету плюшку.
– Я не знала, – скривилась Маргарита, – что ваши отношения с Анной зашли так далеко – она, оказывается, позволяет себе закатывать истерики!
Понимая, что сейчас скандал наберет новые обороты, я встал и тихо сказал:
– Наверное, мне следует пойти заняться деньгами.
– Ступай, Ваня, – кивнул хозяин, – велю подать тебе чай в мой кабинет.
Глава 5
Около полуночи Сергей Петрович зашел в мою комнату и устало сказал:
– Ваня, я иду спать, занимай наблюдательную позицию.
– Где? – спросил я. – Мне залезть в шкаф?
Кузьминский покачал головой:
– Нет, этого не потребуется, смотри.
С этими словами он подошел к двери и поманил меня пальцем. Я прошел в его кабинет.
– Вот здесь, – сообщил хозяин, – за занавеской, есть небольшая ниша, там стоит кресло, устраивайся поудобней и жди.
Единственное – тебе придется поскучать. Книгу почитать ты не сможешь, лампу зажигать нельзя.
– Но как же я разгляжу вора?
– Я всегда оставляю в кабинете гореть торшер, – спокойно объяснил Кузьминский.
– Мне схватить грабителя за руку? Поднять шум?
– Нет, – ответил Сергей Петрович, – просто понаблюдай за процессом, а потом расскажи мне. Ну, смотри не засни!
Широко улыбнувшись, он ушел. Я сел в кресло и попытался развлечь себя составлением стихов. Обычно рифмы легко приходят мне в голову, но сегодня не тот день.
Любовь-кровь-морковь. Вишня-черешня. Чашка-пташка. Поняв, что муза улетела далеко прочь, я сосредоточился на мыслях о своей любовнице Жанне.
Жаль, конечно, что не увижу ее сегодня. Жанночка милая девочка, красивая и далеко не глупая. Одна беда – у нее очень ревнивый муж, и наши свидания каждый раз проходят в суете. Жанна очень боится, что Григорий поймает ее на адюльтере и выгонит вон из дому. А терять Жанне есть что.
