Я набрала в грудь побольше воздуха и решительно направилась к рыбным рядам.
Здесь было всё, даже осьминоги. Румяные, довольные жизнью продавщицы, наперебой расхваливали товар, зазывали. Я скользила взглядом по ценникам, нервно сглатывала – неужели кто‑то действительно готов платить такие деньги? Попутно вглядывалась в лица продавщиц – нет, не то. Наконец, наткнулась на улыбчивого дядечку с горбатым носом и характерным акцентом:
– Вай! Дарагая! Какюю рыбку тэбэ хочется?
Прищурилась.
Мужчина в белом фартуке на продавца совсем не похож. Слишком холёный.
– Вы хозяин?.. – спросила я, кивая на прилавок.
– Канэшна! Скидка тэбэ сдэлаю! Болшой!
– А можно с вами поговорить? По делу?
Улыбка мужчины стала ещё шире, обнажив белые, идеально ровные зубы. Уж не знаю, что вообразил торговец, но, кивнув кому‑то из соседей, со скоростью урагана выбраться из‑за прилавка. Я отошла на несколько метров от торгового ряда, увлекая за собой сияющего продавца.
– Вай, какой красивый дэвушка! – заученно воскликнул джигит. – Работа ищеш?
Я протянула мужчине пакет с двумя рыбинами, позаимствованными у старостихи. Сказала осторожно:
– У меня есть много такой рыбы, могу продать. Дёшево.
Улыбка с губ торговца не сползла, но лицо стало напряженным. Он заговорил совершенно нормальным голосом, без тени акцента:
– А документы у тебя есть? Сертификаты, СЭС?
В ответ состроила жалобную мину и помотала головой.
В меня вперился колючий, оценивающий взгляд.
Показалось, слышу как шевелятся его извилины, вычисляют – правду говорю, или это спланированная провокация Роспотребнадзора или какой‑нибудь ушлой телепрограммы.
– Рыба хорошая, – тихо пояснила я. – Не краденая. Качество можете проверить, никакой заразы нет.
– И сколько?
– А сколько нужно? – спросила я, хоть и не поняла о чём речь – о цене или количестве.
– Давай так, – вздохнул джигит. – Ты покажешь сколько есть, а я решу сколько брать.
По деньгам договоримся на месте. Меня Ахмедом зовут, – он протянул руку.
– Настя, – пискнула я. – Только рыба будет вечером, а забрать её можно ночью.
– Да? – недоверчиво сощурился он.
– Рыба хорошая, клянусь. Вы сами всё увидите. И дёшево…
Ахмед нехотя взял у меня телефон, обещал позвонить вечером. Дело оставалось за малым.
На последние деньги купила тридцать пластиковых ящиков и побежала договариваться со старостой деревни.
