Я то и дело ловила на себе их задумчивые, не слишком добрые взгляды.
При подъезде к столице, сердце споткнулось. Земля вокруг городских стен была испещрена рытвинами и усеяна стрелами собирать которые никто не спешил."
"Едва наш отряд оказался внутри, городские ворота захлопнулись. Увы, армия Горанга готовилась встретить припозднившуюся армию Ремвида и выдержать осаду. Проезжая мимо новых постов, состоящих из горанцев, ловила на себе любопытные и восхищённые взгляды. Как вскоре пояснил Санаминэль – устроенное мной представление ребятам понравилось.
Кстати, это же представление полностью изменило намеченный ход событий.
Изначально планировалось, что пока маги наводят иллюзию, заставляя ремвидцев тратить боеприпасы, горанское войско будет благополучно отсыпаться, а на рассвете, со свежими силами помчится к стенам и начнёт настоящий штурм. Но устроенное шоу истощило запасы не только оружия… Увидав свежее войско, защитники столицы передрались между собой и, в результате, сдали город без боя.
Король Ремвида с горсткой приближенных пытался сбежать через тайный ход, но за время пребывания в столице, Рогор все ходы разнюхал и беглецов встретили распахнутые объятья горанских головорезов.
Пленённый король готовится к транспортировке в Горанг, а в столицу Ремвида уже мчатся представители горанской аристократии во главе с наместником.
Мирное население встретило захватчиков спокойно. Повиновалось, как стадо овец. А Рогор хоть и собирался устроить им Армагеддон местного масштаба, погромы запретил. Даже местную аристократию не грабили – просто изымали ценности в пользу короля Горанга.
Под этот рассказ, я усиленно крутила головой, стараясь рассмотреть город из‑за стены окружения. Он и впрямь был особенным: каменные дома с медными и железными крышами, аккуратные фасады, ровные дороги. Ничего общего с самим Ремвидом, будто город из другой эпохи, другого культурного слоя. Горожане от нас шарахались и прятались по переулкам, так что «город в лицах» так и не увидела.
Деревенский здоровяк тоже вертелся, но восхищения на его лице не было.
Всё верно: единственный приличный город на всю страну – повод для горькой печали, радоваться нечему. Мне отчего‑то вспомнилась родная Москва, часто на неё глядят так же.
В конечном итоге я догадалась, что путь наш лежит во дворец. Эта белокаменная махина возвышалась над городом на добрых двадцать метров, протыкала небо шпилями. Но казалась скорее оборонительным сооружением, крепостью. Увы, моего восхищения этот замок не вызвал.
