Пока я быстро нарезала лук-порей и шинковала морковь, тётя написала ещё пару посланий:
«Хочешь, я с ней поговорю?»
«Нет! У меня это в голове не укладывается!»
Поставив овощи пассероваться, я взяла телефон и решительно ответила:
«Не нужно с ней говорить. Она взрослая, пусть сама решает. А вот если поможешь с Малинкой, буду век благодарна».
«Жди через полтора часа», - напечатала Алика и я снова выдохнула с облегчением.
Хорошо, что на моей стороне всё же были верные и надёжные люди.
Когда в дверь позвонили, я уже приготовила суп и ждала Лизку, которая должна была вернуться домой в ближайшие пятнадцать минут.
Я не представляла, как отреагирует Малинка на то, что Надя бежала следом за Мишей с тонущего корабля нашей семьи. Но знала, что младшая дочь в любом случае станет переживать - хоть покажет это, хоть нет.
- Я открою! - крикнула в сторону Надиной комнаты, за дверью которой происходила возня - видимо, дочь планировала забрать с собой едва ли не всё имеющееся барахло.
Надя не ответила и я, выйдя в прихожую, распахнула дверь квартиры, после чего замерла. Ожидала увидеть Корнилова, но на меня смотрел вовсе не он. Похоже, старшая дочь утаивала от меня своего поклонника, то ли из её класса, то ли из параллельного. Ибо черты лица парня, стоящего на пороге, были мне знакомы, но вот так сразу припомнить, как его зовут, я не могла.
- Вы, наверное, к Наде, - сказала я, отступая в сторону. - Она сейчас собирает вещи.
Знакомый незнакомец улыбнулся.
В его тёмно-серых глазах полыхали задорные нотки. Зайдя, он убрал непослушные светлые волосы, заведя прядь за ухо, и сказал:
- Я Ян. Корнилов. Папа попросил помочь перетащить какие-то вещи.
Пока в голове моей вихрем проносились воспоминания о светловолосом юноше, которого я видела в последний раз лет десять назад, Ян зашёл и, стащив кроссовки, ошарашил:
- А я вас помню. Вы и сейчас такая же красивая, как в тот раз, когда мы виделись накануне моего отъезда.
Невольно я поймала себя на том, что мои щёки опалил румянец. Отмахнулась, ответила чуть нервно:
- Красивая, скажешь тоже.
Сейчас, без капли косметики и в простой домашней одежде, я почувствовала себя особенно уязвимой и беззащитной.
- Надя, помощь подоспела! - крикнула дочери, и старшая тут же высунулась из комнаты.
Недовольно зыркнула сначала на меня, потом на Яна. На лице её появилось сначала чуть удивлённое, затем - удовлетворённое выражение.
