Миша поймал себя на кровожадной мысли взять предмет потяжелее и проломить Пьеру голову. Однако нужно было себя сдерживать - настолько мараться об это насекомое ему точно было нельзя.
- Карьера Лии быстро пошла в гору. Я так и продолжал заниматься своим делом. Ну а потом она встретила тебя. Я уж не знаю, что там ей взбрело в голову, но Лия захотела семью и детей. И денег. Последнего даже больше, чем пелёнок и супружеской постели. Ты на неё запал, но уходить от жены не спешил. Ей нужно было сделать всё, чтобы такой богатенький Буратино из рук не уплыл.
Она и сделала. А мне все эти сю-сю-сю с кучей ребятишек и семейными поездками в Ашан точно не сдались.
- Ты сказал про допинг, - поразила Малинина неожиданная догадка. - Что имел в виду?
Его рука сама по себе потянулась к горлу. С каким же чудовищем он связался, что за его спиной происходило всё это? Нет, с себя он вины не снимал. Вспоминал, как с ума сходил по ногам Лии, как подыхал от холодности, как загорался, когда она всего лишь ложилась с ним в постель.
Но все эти месяцы у Штерн был план, и она следовала ему неукоснительно. Прицельно обирала его до нитки, а замужество и ребёнок, видимо, не того пола, на который она рассчитывала, были и бонусом, и страховкой.
- Ой, мало ли всякой химии, - пожал плечами Пьер. - Примешь, не зная, а потом подсядешь. Совсем необязательно употреблять много… даже наоборот.
- А Надя? - дошло до него вновь. - Её ты тоже готовил к тому, чтобы сделать из моей дочери проститутку?
Петр обернулся резко.
Сверкнул глазами, как будто предупреждая. Миша ощутил, как внутри клокочет ярость.
- Под проституткой ты имеешь в виду Лию, или моих девочек?
Вопрос застал врасплох. Малинин невольно вскинул брови. На лице Пьера была написана готовность защищать - в первую очередь Штерн, а после свой чудо-бизнес.
- А всех, - пожал плечами Михаил. - Или будешь рассказывать мне про светлое актёрское или модельное будущее таких, как она? - Он вновь мотнул головой в ту сторону, где находилась Лия.
Двинулся к Петру, который, кажется, собирался с ним драться. По крайней мере, всем своим видом показывал, что он разъярён. Что ж, тем лучше. Можно было выпустить наружу хоть часть эмоций, что сейчас бушевали внутри.
- И буду! А твоя Надя… она мне не дала. Дура малолетняя. - Пьер буквально брызгал слюнями. - Модель из неё никакая, но так хоть на что-то бы сгодилась."
"Всё. Этих слов хватило на то, чтобы все тормоза, что ещё оставались у Миши, сорвало.
