В спальне нет шкафов, но есть еще одна дверь, за которой скрывается гардеробная. Я удивленно осматриваюсь, понимая, что кто-то уже развесил всю мою одежду и разложил аксессуары и даже косметику по соответствующим ящикам и полкам. Найдя светло-бирюзовое платье-макси, которое собиралась надеть специально для первого завтрака с новой семьей, я слегка подкрашиваюсь и скрываю волосы под шелковым платком в цвет платья. Когда Джалал выходит из ванной, я уже полностью готова.
– Какая у меня скромная женушка, – оглядывая меня с ног до головы говорит он.
Я же стараюсь не пялиться на его полуобнаженное тело, которое прикрывает лишь полотенце, обвязанное вокруг бедер. Джалал подавляет меня одним своим присутствием в комнате. От него исходит очень мощная энергия, от которой невозможно отмахнуться. И когда он голый, напряжение между нами только сгущается. Не знаю почему, но без одежды он кажется мне еще больше и внушительнее. Мой муж все еще пугает меня до первобытного ужаса. Такой, если захочет, может убить одним ударом.
"
"Заправив кровать, простыни на которой сменили еще вчера, пока я была в душе, я сажусь на кушетку и жду. Джалал быстро одевается в гардеробной, надев на себя джинсы и черную футболку, которая облепляет его мощный торс почти до неприличия, и возвращается.
– Пойдем, – говорит он мне, беря свой телефон с тумбочки и открывая дверь.
Мы выходим из спальни и направляемся по длинному коридору до большого холла, а потом сворачиваем до анфилады комнат, одна из которых оказывается столовой.
Все члены его семьи уже собрались за столом и едят.
– Доброе утро, – смущенно здороваюсь я, думая, не отчитают ли меня за столь поздний подъем.
Я новая невестка в доме. По нашим традициям я должна была встать пораньше и приготовить всем завтрак. Дальше этим могут заниматься слуги, но в свое первое утро после свадьбы я должна была проявить уважение и сделать это сама. А я все проспала. Какой ужас!
– Доброе, – первой отвечает мне мама Булата Раиса, выглядя недовольной. – Раз уж вы изволили появиться, то садитесь.
Завтрак приготовили слуги.
– А когда его готовил кто-то еще? – усмехается Джалал, выдвигая стул рядом со своим отцом, который сидит во главе стола.
Он, может, и не понял, но я-то понимаю, что этот укол предназначался мне. Боже, какой стыд! Папа меня за такое точно наказал бы. Опозорилась в первый же день!
– Я могу приготовить что-нибудь для…
– Садись, Аза, – жестко обрывает мое предложение Джалал, наливая себе кофе и поворачиваясь к брату.
