– А на каких условиях?
– Известно на каких – по-честному, по-братски… как в одной песне пели – тебе половина и мне половина!
– А сколько процентов? – продолжал расспрашивать Леня.
– Пять… – с некоторой печалью в голосе ответил предприимчивый собеседник.
– Пять – это маловато, – поскучнел Леня. – Вот если бы десять! Десять – это бы хорошо!
– Была у меня карта на десять процентов! – вздохнул мужичок. – Но телевизор дорогой, пять процентов – тоже хорошие деньги! Ну так что – по рукам?
Он вытянул руку, и Леня тут же схватил его за запястье и проговорил суровым голосом:
– Капитан Несгибайло! Отдел по борьбе с экономическими преступлениями!
– Какой такой отдел? – заверещал Кеша.
– Знать ничего не знаю! Никакого такого отдела…
– Лучше колись, Кеша! – Маркиз мрачно свел брови к переносице. – Содействие следствию будет учтено органами правосудия!
– Да что я такого сделал-то! – причитал несчастный. – Подумаешь, скидочку делил! Это ж разве преступление? Они же сами эти карты раздают!
– Меня не нужно уговаривать! – Леня подталкивал «задержанного» к выходу.
– Вот если ты будешь сотрудничать со следствием, тогда – другое дело!
– Сотрудничать? – ухватился Кеша за его слова. – А это как? Что значит – сотрудничать?
– Расскажи все, что знаешь про дисконтную карту номер такой-то. – Леня зачитал по бумажке номер злополучной карты. – И следствие, так и быть, учтет твое чистосердечное признание…
– А чё я про нее знаю? – захныкал Кеша. – Я про нее ваще ничё не знаю! Нету у меня больше той карточки! – И он горестно потупился.
– Значит, не хотим сотрудничать со следствием! – констатировал Маркиз. – Ну что ж, так и запишем…
– Почему это не хотим? Очень даже хотим! – заскулил Кеша. – Только если у меня ее украли!
– Где украли? Кто украл? При каких конкретно обстоятельствах?
– Кто ж его знает? Не пойман, значит, не вор! А насчет обстоятельств… именно что ехал я в набитом автобусе, и со всех сторон от меня были сплошные обстоятельства. Прямо-таки обстояли меня граждане пассажиры так, что вдохнуть только через раз получалось.
И тут чувствую, что будто кто в карман мне лезет… я было хотел за руку-то схватить, да какое там – и пошелохнуться-то не вышло! Хотел повернуться, а только где уж тут! Только когда возле метро публика рассосалась, смог я свой собственный карман проинспектировать и убедился, что кошелек из него отбыл в неизвестном направлении. И денег-то не так много было, рубля примерно пятьдесят четыре с полтиной, а вот карточку эту жалко.
