Если дом Наиля был типичной мужской берлогой, то этот дом отдалённо напоминал мой бывший… Я почему-то перенеслась воспоминаниями в то время, когда мама была жива и следила за всем.
– Эмилия? – позвал звонкий голос, я обернулась и увидела, как ко мне подбегает Лейла.
– Привет! Я рада, что с тобой всё хорошо, – быстро сказала девчонка, а я едва не поморщилась.
– Привет! Ох, доставила я хлопот… Пришла извиняться, – показала ей пакет с дарами.
Лейла засмеялась и забрала у меня пакет.
– Мира, дальше я сама, спасибо!
– Если понадоблюсь, ты знаешь, где меня искать, Лейла, – женщина ушла по коридору.
– Тебе не за что извиняться! Камилла говорит, что твой побег с «праздника», – девочка сделала воздушные кавычки, – самая интересная часть вечера. Жаль, отец мне не позволил прийти… А почему ты сбежала?
Я внимательно посмотрела на Лейлу. Она подросток, не могу же я сказать ей правду.
– Я просто… Ммм… Не так поняла ситуацию и, в общем, повела себя глупо. Не повторяй моих ошибок. Всегда разговаривай со своим мужчиной.
– Ой, Наиль сильно злился? Я представляю лицо дяди! Если честно, я его иногда боюсь, – девочка сделала страшные глаза, я засмеялась.
– Да, он злился. Но всё разрешилось хорошо, – ответила и тряхнула волосами, чувствуя, что щёки мои начали гореть, как только вспомнила это самое «хорошо».
– Ну и отлично. Наиль нормальный, он быстро отходит. Не то, что Даян! Он делает пакости, когда не ждёшь! – столько гнева в её словах. Мне пришлось сжать губы, чтобы не засмеяться.
Я повнимательней рассмотрела Лейлу и отметила, что она очень похожа на отца внешне.
– А где Камилла? Хочу всё же попросить прощения за свое поведение.
– Она занимается.
– Занимается? – нахмурилась я.
– О, пошли, посмотрим. Мне с ними нельзя, но иногда Исхак разрешает, – я заметила, как щёки малышки начали алеть. Так-так- так, интересно.
Лейла повела меня через дом, а я, не стесняясь, рассматривала обстановку.
– У вас очень красивый дом! Столько деталей и интересных решений.
– Спасибо! Его обставляла мама, папа ничего не трогал, после… – девочка запнулась, сделала глубокий вдох и продолжила, – после её смерти.
У меня сердце заныло от боли. Я положила руку на плечо Лейлы и легонько сжала. Я, как никто другой, могла понять её состояние.
– Мне очень жаль, – искренне сказала я. Девочка подняла на меня свои огромные глаза, в которых плескалась такая печаль.
– Мне тоже жаль… И твою маму жаль…
Дальше мы шли молча. Девчонка вывела меня на задний двор.
