Исхак уверенно вёл машину и на удивление хорошо ориентировался в городе. Я сидела на заднем сиденье и смотрела в окно. Мужчина несколько раз пытался заговорить со мной, но я никак не реагировала. Прокручивала в голове слова отца, и каждый раз нутро от боли разрывалось. Я никогда даже и подумать не могла, что отец не любит меня. Да, он всегда был строгим, поднимал руку… Но знать, что ты ему не нужна – единственному кровному родственнику в этом мире – очень больно. Такая апатия накатила. Мне уже всё равно, что будет дальше.
Ничего не хочется.
– Приехали, – говорит мужчина. Я моргаю, чтобы прогнать от себя все мысли и понимаю, что он привёз меня в клинику.
Чувствую, как щёки начинают пылать. Умом я понимаю, что мне нечего стыдиться… Но ничего не могу поделать со своей реакцией.
– Да, спасибо, – пробормотала и вышла из машины.
Глядя себе под ноги и только начав быстро подниматься по ступеням клиники, я услышала рядом с собой ещё чьи-то шаги. Посмотрев вбок, едва не растянулась на ступенях.
Рядом шёл Исхак, который и помог мне не упасть.
– Аккуратней, Эмилия, – усмехнулся охранник.
Я перевела шокированный взгляд с его ладони на моём предплечье на его лицо. Мужчина не спешил меня отпускать. Пришлось самой высвободить руку.
– Спасибо, – поблагодарила спасителя и стала подниматься дальше, а он за мной!
– Ты куда? – в моём голосе послышались истерические нотки.
– Туда, – указал кивком головы на двери клиники. И стоит такой невозмутимый.
– Я обойдусь без твоей помощи. Жди здесь, – сухо говорю.
– Это не обсуждается. Я пойду с тобой.
На секунду я прикрываю глаза, чтобы взять себя в руки. Слишком много событий произошло для бедной меня. Еще и эта проверка… Да, я девственница, и совершенно не стыжусь этого! Но я не хочу, чтобы об этом знал каждый, потому что… Это не их собачье дело!
– Ты стал свидетелем моего разговора с отцом, и тебе всё мало? Может, ты и в кабинет врача войдешь?
– Может, и войду, – отвечает, глядя в мои глаза. И я понимаю, что он абсолютно серьёзно говорит.
На глаза наворачиваются злые слёзы, и я отворачиваюсь, чтобы Исхак их не заметил.
– Тебе было мало моего позора, хочешь ещё? У тебя есть совесть? Не ходи со мной в клинику! – голос ломается от эмоций.
– Я выполняю свою работу, Эмилия. Я не пытаюсь тебя унизить. Я никогда так не поступлю.
Я поворачиваюсь к нему лицом. Он серьёзно смотрит в ответ. На лице ни намёка на улыбку.
– Тогда почему ты не можешь остаться здесь? – тихо произношу.
