У Эрны, служанки Лидии, есть двое детей и старушка-мать. Они и будут нашей гарантией.
- Подожди. Ты что-то придумала?
- Ну, конечно! - теперь уже она смотрела на него, как на глупого мальчика. – Иначе и не стала бы затевать этот разговор.
- Тогда говори.
И Климена заговорила, предлагая простой и в то же время действенный план.
- Насколько я знаю, император никогда не видел принцесс. Он сам отказался, хотя ему предлагали выслать портреты. Кажется, он объяснил это тем, что хочет увидеть будущих невест собственными глазами, а не глазами художника.
Он ничего не знает о них, и это нам на руку. Мы должны убедить его, что он женился не на принцессе. Какую бы из сестер Роннар ни выбрал, он должен поверить, что его обманули. И для этого нам отлично подойдет служанка Лидии. Ради своих детей она пойдет на все, даже будет лгать под пытками.
- Почему ты так в этом уверена?
- Потому что я тоже мать. И ради своего сына умру, не задумываясь. И убью ради него тоже без сожалений.
Феликс посмотрел на жену с уважением.
А та продолжала:
- Сейчас служанки принцесс заняты последними сборами, но вечером Эрна обязательно захочет попрощаться с родными. Она не уедет, не увидевшись с детьми. Отправь надежных людей к ней в дом. Пусть один останется там, а остальные тайно доставят ее детей и мать к нам во дворец. И держат в надежном месте. Когда она явится, наш человек приведет ее сюда. И я сама объясню, что она должна будет сделать.
- А если она откажется? Если донесет королю?
Климена насмешливо фыркнула.
- Ты мыслишь по-мужски, мой дорогой супруг.
А я мыслю по-женски. Эрна никогда ничего никому не расскажет, если будет знать, что он ее правильного поведения зависит жизнь ее детей. Я даже дам ей с ними попрощаться, чтобы убедить в серьезности наших намерений.
- Ну… это может подействовать. Но как же ты думаешь убедить императора в обмане?
- Легко. Достаточно поселить зерно сомнений, и не придется ни в чем убеждать. Он сам все додумает. Вы, мужчины, иногда доверчивые, как дети.
- И с чего ты это взяла? Я тоже доверчивый?
- Ну, конечно.
Вот если бы тебе кто-то сказал, что твой сын – не твой…
Лицо Феликса моментально изменилось. На нем появилось такое ошарашенное выражение, что Климена не выдержала, рассмеялась:
- Вот видишь! Мне стоило только предположить, а твой разум уже сам все додумал. А теперь представь, что то же самое тебе подтвердят под пытками и даже приведут доказательства. Да, сфабрикованные, но ты и не станешь в них разбираться. Ты поверишь словам.