Алина, сузив глава и вздернув острый подбородок, проходится по мне оценивающим взглядом, а затем, снисходительно усмехнувшись, обращается к своей группе поддержи.
- Девочки, оставьте нас, пожалуйста."
"Подружки отходят от нас на символические три шага и даже не пытаются делать вид, что не собираются подслушивать наш разговор.
- Я про тебя все знаю, - заявляет блондинка.
Видимо, ожидая моей реакции, задирает брови и выпучивает глаза. У меня по ощущениям в животе образуется камень, к горлу подкатывает тошнота.
Что именно он ей рассказал?
- Может, поделишься? – предлагаю с невозмутимым видом.
- Никакая ты Саше не сестра!
Да, ладно! Неужели до нее, наконец, дошло?
Давясь внезапным смехом, закусываю губы.
- И что?
- И я хочу тебя по-хорошему предупредить, чтобы ты держалась от него подальше.
- Иначе что?
- Иначе все твои одногруппники узнают, что ты вешаешься на чужих парней.
- Я вешаюсь?! Я?
Ее слова как пощечина. Все эмоции, что я так усердно прятала в глубине своей души последнюю неделю, срывая все засовы вырываются наружу.
- А кто? Я не знаю еще, какой хитростью ты пролезла в их дом, но учти, Саши тебе не видать! Не твой уровень, девочка!
- Кто тебе сказал, что я на него вешаюсь? Саша?
- Я это и так поняла, - проговаривает с умным видом, - думаешь, я не вижу, как ты его взглядами пожираешь?
- Ты чокнутая! – вырывается нервный смешок, - вы оба больные! И ты, и твой Сашенька!
- Я так и знала! Ты только изображаешь из себя тихоню! На самом деле ты самая настоящая шлюха! И белье у тебя, как у проститутки!
Глаза застилает красная пелена, лицо горит как от ожога.
Сама себя не контролируя, я замахиваюсь и влепляю Алине пощечину.
Она пугается, и я пугаюсь. Стоим, глядя друг на друга выпученными глазами. А затем блондинка открывает рот и начинает визжать. Бросается на меня с кулаками, не красиво скалясь, пытается схватить за волосы, но я делаю шаг назад, и она, споткнувшись на своих каблуках, падает на колени.
- Сука!!! Тебе конец!
Я продолжаю отступать назад. Задыхаясь, делаю беспорядочные вдохи, хватаю воздух губами.
- Прости, - шепчу еле слышно.
Ее подружки смотрят на меня как на зверя. Одна из них подбегает к Алине, помогает ей подняться, вторая зачем-то включает камеру на телефоне и снимает, как та ревет и извергает проклятия на мою голову.
- Прости, - прошу еще раз, разворачиваюсь и даю деру.
Останавливаюсь только на входе в общежитие, втянув голову в плечи, проскальзываю мимо вахтера и бегом поднимаюсь на четвертый этаж.
