И не приближаться к ней самой.
– И он ее убил?! – воскликнула Светлана.
– Да. Панфилова хлопнула дверью и убежала, а Благушин отправился за ней, умоляя ее вернуться. В кармане у него оказался нож. И когда Катерина стала бросать ему в лицо особенно обидные слова, он снова, как и тогда на пляже, ударил ножом в грудь. Он быстро сообразил, что тело нужно спрятать. Во-первых, везение двадцатилетней давности вряд ли могло повториться. А во‐вторых, он уже знал, что в Сестрорецк вернулась ковалевская девчонка, потерявшая память, которая, услышав про схожее убийство, могла все вспомнить.
По иронии судьбы, именно вы, Лика, нашли Панфилову, пока Благушин ходил за своей машиной. Но он успел хладнокровно увезти тело и спрятать в заброшенном доме, после чего затеянная им операция вступила в следующую фазу.
– Какую такую фазу? – это спросил Николай.
– Выставления меня сумасшедшей, – улыбнулась Лика."
"По плану Благушина возвратившуюся после долгого отсутствия Гликерию Ковалеву нужно было как следует дискредитировать в глазах общественности.
После того как она сообщила о несуществующем трупе на пляже, нападении у бывшего дома Батуриных, которого «не было», а также о бездыханном теле в бассейне отеля, ей вряд ли кто-то поверил бы, начни она говорить о каких-то воспоминаниях двадцатилетней давности, появившихся после длительных провалов в памяти.
И у полиции, и у окружающих не должно было остаться ни малейших сомнений в неадекватности ковалевской внучки.
Для воплощения этого плана Благушину понадобилась помощь Эльмиры Степановны. Давно и безнадежно влюбленная в него женщина, разумеется, была готова сделать все, что просил Константин.
Узнав от вернувшейся с суточной смены дочери о ночном происшествии на пляже и увидев перст судьбы в том, что тело нашла именно Лика, Благушин размышлял недолго. Эльмире он задурил голову рассказами о том, что молодая женщина вернулась в Сестрорецк, чтобы испортить ему жизнь из-за его давней ссоры с ее дедом.
Он объяснял жадно слушающей Эльмире, что нужно сделать все, чтобы напуганная Гликерия Ковалева как можно быстрее покинула Сестрорецк.
Именно она была тем человеком, который, пробравшись на соседский участок, подкараулил Лику и ударил ее по голове, вызвав обморок, из которого ее вывел «случайно» оказавшийся рядом Константин Ливерьевич, заверяя, что она просто грохнулась в обморок и при падении получила шишку.
