А бабушка, которую я привела на место преступления, решила, что во всем виноват дед, и позвонила Марлицкому. Он уничтожил все улики, которые наводили подозрение не только на деда, но и на дочь полковника. Настоящему убийце несказанно повезло. Представляю, как он удивился, когда в убийстве Регины обвинили совсем посторонних людей. А потом деда похоронили, меня увезли, бабушка продала дом и уехала навсегда. И его грех оказался скрыт от людских глаз на долгие двадцать лет.
К вечеру следующего дня дружная компания снова собралась в доме Светланы и Николая, том самом доме, где прошло детство Гликерии Ковалевой.
Светлана, несмотря на то что разговаривала по-прежнему хриплым голосом, наготовила столько еды, что глаза разбегались. Антон и Лика принесли дыню и арбуз, Ермолаев и Анна Марлицкая – шампанское и вино, Влад Панфилов – виски. Вадим Спиридонов передал хозяйке большой пакет груш и винограда, а следователь Снегова – коробку с крохотными, на один укус, пирожными.
Наконец расселись за большим круглым столом в гостиной, под свисающей скатертью которого в детстве любила прятаться девочка Луша.
– Ну что? Рассказывайте скорее, – нетерпеливо начала Светлана. – Мне прямо не терпится узнать все детали этой ужасной истории.
– Вы как на пляже-то оказались? – спросила Лика. – Давайте начнем с конца, потому что именно этого я не понимаю.
– Да вспомнила я, где и когда видела Катю Панфилову, – виновато глядя на мужа, призналась Светлана. – Помнишь, деточка, я тебе говорила, что как-то встретила в торговом центре в Питере учителя нашего с молодой женщиной? Так вот это Катя и была.
Мне сначала подумалось, что ошибаюсь я, а потом поняла: нет, не ошибаюсь. Точно она. И даже платье на ней было то же самое, что на фотографии, которую ты мне показала. В общем, мне подумалось, что это странно. Когда мы убийство обсуждали, Константин-то Ливерьевич словечком не обмолвился, что с потерпевшей встречался.
– И вместо того чтобы сообщить об этом полиции, вы позвонили Благушину, – с укором прокомментировала Снегова.
Светлана еще больше стушевалась.
– Да. Вот ведь дура старая! Решила, что, может, этому какое объяснение есть, а я хорошего человека под монастырь своими подозрениями подведу. В общем, позвонила я ему. А он предложил встретиться, но так, чтобы никто об этом не знал. Мол, это не его тайна. Да и я не хотела, чтобы Коля знал, что я задумала, поэтому дождалась, пока он спать ляжет, а сама собралась и пошла на пляж.
– А дальше все понятно, – покачал головой Спиридонов.
