И алиби у нее действительно есть.
– На момент убийства, да. А на момент нападения на Викентия и Эльмиру Степановну?
Лика не хотела быть жестокой и мучить Благушина. Она просто проговаривала вслух все свои сомнения. А их было много. Так много, что мыслям становилось все теснее в черепной коробке. Алиби. В ночь убийства Регины у Благушина тоже есть алиби. И с Катериной он даже незнаком. Хотя почему незнаком, когда-то давным-давно он вел у нее уроки в школе. И что? Что это меняет? Да ничего.
– Да зачем ей могла понадобиться эта старая курица?! – взорвался спровоцированный ее словами Благушин.
– Я терпел ее только потому, что она могла существенно испортить Иринке жизнь. Знаете, каково это, работать в женском коллективе? Начала бы мстить, Иринке бы мало не показалось. Да и жалела моя дочь эту бестолковую. Подбадривала, рецептами интересовалась. И что взамен? Подозрение в покушении на убийство? Ну уж нет. Так дело не пойдет. Лучше тогда меня подозревайте. А что? У меня и повод есть. Эта женщина меня домогалась, вот я ее и убил.
– Эльмира Степановна жива! – воскликнула Лика.
– Да и черт с ней! – с раздражением повысил голос учитель. – Антон, я пойду. Если Ирка объявится, скажи ей, что я волнуюсь.
– Да с чего бы ей у меня объявляться, Константин Ливерьевич? – Похоже, терпение Антона тоже подходило к концу.
Махнув рукой, Благушин ушел, вслед за ним засобирался и Ермолаев. Лика и Антон наконец остались одни.
– Я сейчас все уберу, а ты ляжешь спать, – сказал Таланов строго и ласково одновременно.
– Тебе нужно отдохнуть.
– А ты?
– А мне нужно сделать одну важную работу. Думаю, что часа за четыре управляюсь.
– Ночью?
– Днем я был занят совсем другими делами. – Антон улыбнулся и ласково чмокнул Лику в нос. – Извини, но сегодня тебе придется побыть в постели без меня. Зато утром я обещаю наверстать упущенное.
Лика представила, как именно он собирается наверстывать, и покраснела. От того, что ей придется ждать до утра, а пока отправляться в постель одной, она слегка расстроилась, впрочем, тут же приказав себе иметь совесть.
У Антона Таланова есть работа, которая его кормит, а он и так забросил дела, тратя время на несносную Лушу Ковалеву, явившуюся откуда-то из далекого детства. Она не хочет быть в тягость, а потому ни за что не будет ему мешать.
– Иди работать, – сказала она, вставая и забирая у него чашки. – Я все помою и уберу, а потом отправлюсь спать. Не теряй времени, тебе тоже нужно успеть выспаться.
