Через десять минут я забираюсь на заднее сиденье мерса, Адель просит водителя ехать, поворачивается ко мне и выпаливает:
— Что-то случилось? Почему сорвалось?
— Он передумал. Мы поели и разошлись.
— Заплатил?
— Нет. Ничего же не было. Адель...
Вздыхаю. Щеки так и горят. Я не могу успокоиться и вряд ли смогу в ближайшее время. Ребра болят, все тело болит. Мне так жаль, что мы с Артёмом столь сильно поссорились!
— Нам нужно поговорить.
— Да, зайчик, нужно, — соглашается Адель. — Не получается у тебя как следует работать.
Я очень расстроена.
— Не получается, — охотно подтверждаю. — Я пыталась, честное слово, но не могу. Я влюбилась, и это сильнее меня. Я лучше умру, чем с другим лягу. Спасибо тебе за помощь и отзывчивость. Я должна четыреста двадцать тысяч. Завтра же продам телефон, добавлю из сбережений и отдам сто. Оставшиеся триста двадцать в течение года. Понимаю, что сумма бешеная, но я готова быть полезной иначе. Если нужно, в твоем салоне буду убираться каждый день, дополнительно, просто так.
Деньги все отдам до копеечки.
— Почему-у четыреста двадцать? — тянет Адель. Достает телефон, открывает заметки. — Галюсь, ты должна четыреста двадцать, но я одолжила их тебе с учетом, что за каждую заработанную копейку буду получать процент как менеджер.
— Что?
— Конечно. Поэтому добавляем к долгу сорок процентов, плюс сегодняшнюю неполученную сумму... Кроме того, я планировала сделать Петра постоянником, за него поручился давний друг. Что же ты такого сказала, если он просто ушел? — Адель смотрит с раздражением.
— Так нельзя делать, малышка. Ни в коем случае нельзя обижать клиентов. Мне придется тебя оштрафовать.
Пытаюсь сделать вдох, но не получается.
— Я его не обижала. Пётр и не планировал становиться постоянным клиентом. Он признался, что это не его.
— Семьсот восемьдесят у меня получилось. — Она показывает калькулятор.
— Сколько?! — переспрашиваю. В висках стучит ужас. — Адель, я... это космическая сумма.
— Ты сможешь мне ее отдать сейчас? Наличными.
Начинает трясти.
Машина летит по пустой дороге, я не понимаю, куда мы едем. Думала, к общежитию.
— Мне нужно позвонить.
Адель неожиданным движением вырывает телефон и бросает в свою сумку. Мерс снижает скорость, подъезжая к одному из магазинов. На переднее сиденье забирается мужчина. Еще один садится слева от меня, грубо двигая в середину. Сжимает плечи. Я оказываюсь в капкане. Охватывает такая дикая паника, что не могу пошевелиться.
Ошиблась. Боже, как сильно я ошиблась.
