Можно позвонить? И, если не затруднит, принесите, пожалуйста, воды."
"— Пошёл, говорю отсюда, а то выйду, и тебе мало не покажется! Хорошо, если цел останешься! — снова послышался грозный голос, и больше я не получила ответа на свои вопросы.
— И что теперь делать? — усаживаясь под стеной, закрыла глаза и задумалась. Но умные мысли в голову пока не приходили. Промучившись ещё минут десять, но так и не приняв решения, я поднялась, и тут услышала раскат грома, а с неба посыпались крупные капли дождя.
— Класс! Хотела пить — пей.
Мне не хватало ещё промокнуть здесь.
Я, конечно, люблю дождь, грозу, но только когда сижу дома, и в идеале – у зажжённого камина, слушая потрескивание поленьев. Неплохо и пробежаться под дождём, зная, что есть где спрятаться и переодеться, а ещё выпить какао с зефирками, а не вот это всё… — пробурчала я, глядя на небо, которое ещё совсем недавно было светлым и спокойным, а сейчас хмурые свинцово-серые тучи скрыли солнце. Сверкнула молния, и через несколько секунд невдалеке пророкотал гром.
Ещё минуту назад несмелые капли дождя вдруг с огромной силой обрушились на землю, смывая с деревьев и травы грязь, а с меня – ещё и усталость.
Я люблю дождь… люблю, когда капли, стекая по телу, как будто смывают с меня всё плохое, все обиды, боль и усталость. Наверное, поэтому я предпочитаю душ, а не ванну.
Но долго предаваться унынию я не умею и, воспользовавшись предоставленным самой природой душем, смыла с лица пот и, открыв рот, ловила дождевые капли. Пить всё ещё хотелось.
Дождь закончился так же быстро, как и начался.
Просидев под стенами ещё немного, дождавшись, когда маленькие ручейки уйдут в землю, я направилась по дороге в противоположную от замка сторону, надеясь, что она куда-нибудь выведет меня.
В берцах хлюпало, снимать и выливать воду смысла не видела, она всё равно вновь стекла бы с моей одежды. Вернуться в парк и за деревом отжать её — тоже чревато последствиями.
Мало ли… Нет, я не боялась, что меня увидят в неглиже — плевать. Опасалась другого: вдруг, пока переодеваюсь, на меня нападут.
И убегать мне предстоит в голом виде. Я реально оценивала свои силы и возможности, и не была уверена, что справлюсь. Нет уж, солнце жарит, на мне всё высохнет.
И вообще я продолжала надеяться, что вскоре эта дорога приведёт меня к какому-нибудь поселению, где я смогу позвонить родным. Но лучше Витьке, а то мама замучит нотациями.
Идти было трудно, берцы из-за воды казались неподъёмными, и, скорее всего, мокрая обувь натёрла мне ногу.
