А приглядевшись, я понял, что это десятки… нет, сотни существ, которые с невероятной скоростью разбегаются и улетают от места, где сошла лавина.
— Что это за… — начал я, но Кира перебила меня криком:
— Бежим! Быстро!
Она сорвалась с места первой. Мечники последовали за ней. Только Барт остался на месте.
Его рука коснулась висящего на поясе кинжала и я быстро попятился.
— Ты этого не сделаешь!
— Звери чуют кровь, пацан. И уж лучше они…
— Я стану духом и приду за тобой, — пообещал я со всей уверенностью, которую мог вложить в слова.
— Ты спать не сможешь, есть не сможешь. Куда бы ты не лег, тебе покажется, что ты лежишь на горящих углях. Я превращу твою жизнь в боль, убью твоих близких и не оставлю тебя в покое, пока ты не сойдешь с ума. Представь! Просто представь!
Барт дернул щекой, но не отступил — выхватил нож и швырнул его прямо в меня. Уворачиваться не потребовалось — его руки дрожали. Нож просвистел у моей ноги и исчез в сугробе позади меня.
Я обернулся и побежал прочь, надеясь, что меня не будут преследовать.
— Барт! Нет! — запоздало закричала вдалеке Кира. Но кроме слов я от нее ничего не дождался. Наверное, к лучшему: не хотелось бы получить стрелу в ногу.
Барт за мной не гнался — предпочел бежать за отрядом.
Снег был глубоким и рыхлым, я бежал, сколько мог, а потом — тащился, хрипло дыша. Дошел до елового леса и остановился, чтобы передохнуть.
Идти без отряда стало гораздо труднее — приходилось пробиваться через сугробы самостоятельно.
А еще я, похоже, заблудился. Я наконец попытался разглядеть окружающий меня лес. Но это не принесло облегчения — я понятия не имел, где нахожусь. Я знал, с какой стороны подножие горы, но не знал, куда идти, чтобы выйти к спуску и ступеням, по которым мы поднимались.
Снег всё ещё кружился в воздухе, мягкими хлопьями оседал на ветвях елей. Буран расходился с новой силой.
— Давай, надо идти подальше…
Понимая, что с такой скоростью я не сбегу от животных и духов, я шагал, волочась по глубокому снегу и высматривал место для укрытия.
Каждое движение давалось с трудом, сапоги тонули в сугробах. Лёгкие горели, дыхание было рваным, но я не мог позволить себе остановиться. Если уж команда рванула прочь, то опасность должна быть серь…
Вдруг где-то вверху раздался пронзительный визг. От дикого, нечеловеческого звука у меня волосы под шапкой встали дыбом.
Я обернулся и увидел позади себя летучую тварь.
