Правда, разница в ресурсах между детьми богатых родителей и Киттом была значительной. На их стороне — хорошая еда, алхимия и целители, делающие их тела сильнее, лучше, быстрее. На стороне Китта — боль и многочисленные тренировки. Нетрудно догадаться, что деньги выигрывали у упорства и стремления стать лучше. Как бы ты ни был силён, как бы ни старался, богатые и бессовестные люди всегда смогут компенсировать твои успехи деньгами и связями.
— Ты не прав, — запоздало сказала мать. — Мы не в больнице. В больнице сказали, что не смогут спасти тебе жизнь, настолько всё было плохо.
Мы у целителя.
Её голос звучал слишком спокойно для человека, который только что стал на целый золотой беднее — именно столько стоили услуги целителя. А золотой — это сто серебра и десять тысяч медных монет. На самом деле чуть меньше, около девяноста семи, но целитель обязательно по верхней планке посчитает.
Я вздохнул, понимая, в какую ситуацию попал. Семья и так вальсирует на грани нищеты: денег едва хватает на еду, одежду покупают редко и уже ношеную, дом давно требует ремонта, а теперь еще и долг.
— Я разочарована, — устало добавила мама. — Я думала, что уж на этот раз ты поостережёшься. Я научила тебя письму и счёту — это гораздо больше, чем в своё время дали мне. Гораздо больше, чем есть у большинства детей здесь. А ты тратишь жизнь на драки. Если и в этот раз ты подрался из-за моей чести, то в следующий раз ставь здоровье моего сына выше моей же чести, — сказала она тихо, поднялась и направилась к выходу.
Глядя на её сухонькую фигурку, я почувствовал, как сердце сжалось от чужих эмоций.
— Мам… — беспомощно произнёс я ей вслед.
Она замерла на пороге, но не обернулась.
— Я уже потеряла твоего отца. Он был силён и так же не заботился о своей жизни. Прошу тебя, не повторяй его путь. Я не вынесу ещё одной смерти.
— Я всё исправлю, обещаю.
Меньшее, что я могу сделать в благодарность за новую жизнь. Знать бы только, как выдернуть из нищеты и себя, и ее.
Женщина вышла без ответа, и в груди поднялась обида.
Опять же, не моя, а Китта. Я не чувствую, что в этом теле есть другая душа кроме моей, но эмоции паренька живы.
Итак. Что делать? Тренироваться ещё сильнее вряд ли это поможет — я и так выкладываюсь до предела.
Во-первых, не ввязываться в драки. Каждое избиение делало это тело слабее. Китту приходилось долго восстанавливаться: лежать неподвижно часами, чтобы хоть немного унять боль; мазать синяки травяными настойками; терпеть слабость и головокружение.
