Вот скажи, какой нормальный человек будет ограничивать своих учеников в ресурсах?
— Секты хотят, чтобы их ученики стремились совершенствоваться, чтобы только самые сильные достигали высот, поэтому руководство секты отсеивает…
— Стоп, стоп. Ты вот говоришь, что секты таким образом фильтруют людей, оставляя самых ЖОСКИХ. Так у тебя любой человек из тех, с кем главные герои твоих любимых книг сражаются, уже готов людям глотки за силу рвать. Вынеси из загашника артефакт, который им медитацию подстегивает, и пусть сидят толпой человек в сто, медитируют.
А в этих книгах ситуация другая: ты же помнишь моменты, как главный герой в секте борется за пилюлю какого-нибудь духовного лотоса? Побеждает противников, становится сильнее, естественно, потому что как с такой крутой пилюлей не стать сильнее. Полторы книги спустя уже соревнуется за пилюлю СВЕРХМЕГАДУХОВНОГО лотоса, притом что в загашнике у него первых пилюль уже десятки, если не сотни, и они уже перестали для него работать.
Их настолько много, что возникает вопрос — почему из-за них была такая шумиха, и почему бы главному герою не отдать их бедным. Они уже обесценились, по воле автора или этой калечной соревновательной системы.
— И к чему ты ведешь?
— Секты сражаются друг с другом, так? Так. Каждому главе секты, если он хоть на полпальца заботится о своих людях, важно сыпануть им побольше этих пилюль и прочих ресурсов. Год, а лучше — три года культивации с рациональной тратой пилюль, и у секты будет армия, которая прочие секты с куркулями во главе легко снесет.
И у тебя будет еще больше ресурсов, которые ты опять же тратишь на своих людей.
— Ладно! — отрезал сын. — А ты сам бы что делал, если бы попал в настоящий культиваторский мир?
Я даже замер на миг. Легко разбивать в пух и прах несовершенство чужих книг, а представить, что делал бы сам…
— Я бы предпочел не попадать, — признал я честно. — Там такой клубок опасностей и грязи, что выжить без сюжетной брони нельзя.
— Но что, если бы все-таки попал? — не сдавался сын.
— Жил бы в свое удовольствие в какой-нибудь деревеньке и клал на всю вашу культивацию, — признаюсь честно. — Для меня новое тело, в котором ничего не болит — уже огромная удача. Я о культивации и не думал бы: девок бы на сеновал водил, кушал вкусно. Как правило, чем выше забираешься по лестнице к Небу, тем больше у тебя врагов.
— Ага! — завопил сын в трубку.
