– Ах, что нам машина, подумаешь, гости, здесь на всех хватит!..
Тут они вывалились на дорожку обе – Элли и ее мать.
Плетневское сердце – никакой не хромированный прибор для перекачки крови – разорвалось в клочья.
– Добрый вечер! – бодрым басом поздоровалась Нателла и стала взбираться по ступенькам. В обеих руках она несла корзины, доверху наполненные. – Мальчик, помоги мне, что ты сидишь как приклеенный? Нелечка не велела, но я решила, что хороший ужин нам всем не помешает, тем более Люба должна приехать, и я подумала, что она непременно зайдет к тебе.
У-уф, как жарко! Под вечер распогодилось, правда?
Она втащила корзины и плюхнула их на теплые доски пола. И благожелательно оглядела троицу.
– Меня зовут Нателла Георгиевна, а это моя дочь Нэлли! Нелечка, что ты там застряла? Мальчик, если у тебя дела, мы сейчас же уйдем, не переживай!
Плетнев как во сне слез с перил, подошел и забрал корзины у Элли. У нее тоже было две.
– Я говорила, не надо! – плачущим голосом пожаловалась она и утерла лоб. – Но маму разве остановишь! Уж если она решила, что должна тебя накормить, то все! А я говорила!.
.
И она посмотрела на Плетнева – глаза у нее смеялись, – а потом на дам, близких к состоянию клинической смерти. И опять на него. Глаза больше не смеялись.
И когда она посмотрела второй раз, клочья его сердца быстро стянулись в единое целое, заняли свое место, и начался новый отсчет.
Его новое сердце сильно и равномерно стучало – уже в новой жизни.
Кто сказал, что миры не создаются в одночасье?.
.
Они создаются в одно мгновение.
– Проходи, – сказал Плетнев и подтолкнул ее. – Разрешите вас познакомить. Это Оксана, моя теща, и Марина, моя жена. Мы как раз обсуждаем развод.
Оксана не произнесла ни слова, а вежливая Маринка поздоровалась.
– Мы не вовремя, Неля, ты совершенно права! Мы просим прощения. Какая бестактность с моей стороны! Мальчик, в большой корзине овощи и лепешки, а в этой курица, или наоборот, я сбилась! До свидания, до свидания!..
– Нателла Георгиевна, – негромко сказал Плетнев, и она сразу перестала кудахтать и метаться, – я прошу вас остаться.
Пожалуйста. Мои гости уже уезжают.
Оксана задумчиво побарабанила наманикюренными ногтями по светлому дереву. Маринка встрепенулась. Уезжают?.. На самом деле?..
– Ты принял неверное решение, Алексей, – Оксана говорила с сожалением. – Я думала, ты придешь в себя, но я забыла, как ты упрям.
– Вы забыли не только об этом, Оксана, – мягко произнес Плетнев. – Вы забыли, с кем вы связались.
