Ну, и, поскольку делать ноги я пока не собирался, по крайней мере, не выслушав предложения, то не стал артачиться и пошёл на прогулку вместе с Хаканом. С практической точки зрения это позволило мне ещё немного ободрать британскую корону на сумму, равную стоимости моего обеда. Я бы и сам не пропал, но так было спокойнее и проще.
В общем, мы побыли туристами, поели рыбы и вдохнули средневековой атмосферы всё ещё витавшей над древним каналами города. В лавках продавались яркие карнавальные маски, люстры из муранского стекла, туфли, сумки, куртки и прочее, прочее, прочее.
Торговый город, некогда безумно богатый и сегодня, скорее всего, хранил в скрытых от любопытных глаз сундуках звонкую монету.
Хакан держался легко, стараясь демонстрировать дружеское расположение и изображая хорошего и славного парня. В отель вернулись не слишком поздно, не успев вымотаться и устать. В номере меня поджидал сюрприз. Войдя, я обнаружил смокинг, сорочку, галстук-бабочку и лаковые туфли, а также, носки и бельё.
Повалявшись в постели, я переоделся и спустился к ужину при параде.
Хакан тоже был в смокинге и белой рубашке. Блюда он заказал, соответствующие нашему внешнему виду, изысканные и дорогие. От вина я отказался, сославшись на заболевшую голову. Это было враньё, но я хотел сохранить трезвость и не вызвать подозрений.
Разделавшись с едой, мы выдвинулись в путь. Вышли в лобби и прошли по коридору ведущему к двери на причал. Главный вход в отель располагался на микроскопической площади, от которой шла узкая улочка.
А эта дверь выходила на Гранд-канал. У кривых, торчащих из воды толстых брёвен уже покачивался на волнах катер.
Волны от прошедшего кораблика били в фундамент здания. Вернее, не били, а шлёпали. Какой век подряд. Мы забрались в лодку. Днём было тепло, а к вечеру похолодало. Солнце спряталось, опустился туман, причём, довольно густой. Огни фонарей и окон расплывались во влажном и ставшем непрозрачным воздухе.
Мы прошли под мостом Риальто, ещё какое-то время двигались по главному каналу, а потом свернули в узкий канальчик и оказались почти в полной темноте.
Удивительно было, как наш катер умудрялся двигаться и не шоркать бортами о каменные стены.
Это дело продолжалось минут двадцать. Наконец, мы остановились и сошли на сушу. Мы оказались на довольно большой и тёмной площади. Несколько тусклых фонарей почти ничего не освещали, свет расплывался, сталкиваясь с холодной дымкой, и рисовал красивые, но совершенно бесполезные светящиеся шары.