Попробуй помидор.
Красный, мясистый, политый тёмным, жёлто-зелёным маслом, пахнущим семечками, посыпанный солью и чёрным перцем…
— Да за такой помидор и жизнь отдать не жалко, — сказал я закрывая глаза. — Как же вкусно. Всю жизнь бы так ел…
— Эх, если бы я знала, что ты придёшь, я бы подготовилась, — немного виновато вздохнула Люся. — Типа, всё было очень вкусно, особенно консервы.
Мы засмеялись. И как-то все заботы и суета последних дней отошли на задний план, будто и не было никаких Сарматов, Гапонов, Сомовых и Грабовских.
Будто, мы зашли после танцев, той самой, такой уже далёкой вечеринки в местном клубе и просто наслаждаемся вечером. Кайфуем. Честно говоря, было немного жаль, что это лишь иллюзия. Но иногда можно себе позволить побыть в вымышленном мире.
Чай с листьями смородины был просто чумовой и даже засохшие пряники шли на ура.
— Я вам все запасы подъел сегодня.
После чая мы перешли на диван."
"— Ну что, я пойду, а ты располагайся. Постарайся только часам к семи подняться.
Народ начнёт приходить. Наши все рано появляются. Я тоже приду пораньше, чтоб чего не вышло.
— Я тебя провожу.
— Да зачем! Я тут с закрытыми глазами пройти могу.
— Никаких «да зачем», провожу и всё.
Только мне очень не хотелось, чтобы Люся уходила, и она сидела со мной на диване. Будто заколдованная. Мы несли какую-то чушь, смеялись, шутили. А потом вдруг мигнула лампочка под потолком. И через пару минут мигнула несколько раз подряд и вдруг погасла. Стало темно. За окном не было ни звёзд, ни луны.
Всё исчезло, окружив нас полной пустотой и темнотой…
— Ну всё, — весело вздохнула Люся. — Не успела от тебя смыться засветло. Сейчас погоди…
Он встала и пошла наощупь в сторону окна.
— Сейчас, ой!
Налетела на мою ногу и чуть не упала, но я успел её подхватить.
— Вроде не пили, — засмеялась она.
— Точно. Не пили. А я чувствую себя так, будто пьяный. Весело, легко и море по колено.
— Тебе всегда по колено, — хмыкнула она. — Ладно, я сейчас.
Чиркнула спичка и вспыхнул огонёк, на секунду выхватив из темноты её тонкую фигурку…
— Сейчас… сейчас…
Запахло керосином и лицо Люси осветил синий огонёк.
Она установила на лампу вытянутый стеклянный плафон, и он сразу наполнился огнём, ставшим вмиг ярким, оранжевым. Пламя керосинки сделало Люсю янтарной. Медовой. Светящейся будто бы изнутри.
— Так, — прошептала она. — Теперь главное снова не запнуться.
Она поставила лампу на стол и снова села на диван, оказавшись ближе ко мне.
![Обложка книги За горизонт! [СИ]](/uploads/posts/images/5/za-gorizont-si-3.jpg)
