А потому я очень быстро размякла, превратившись в гуттаперчевую, размякшую от ласк правителя, куклу.
—Вот теперь твой запах возвращается, — промурлыкал Рэнд Дэйррэн, нависая надо мной. — Моя пара…моя амайя.
Подставив губы под его поцелуи, я некстати подумала о том, что если слово «гуттаперчевый» перевести на обычный язык, то получится просто «резиновый». Не самое приятное сравнение, и…
— Амайя, не думай ни о чем, не бойся…
Его губы опустились на мои, и так сильно углубили поцелуй, что я совершенно потерялась во вселенной неги, где не было никого, кроме меня и мужчины, который ласкал моё тело.
Потом случилась резкая вспышка боли, заставившая меня резко податься назад и в ужасе открыть глаза— и тут же, из непроглядной темноты комнаты — из полной черноты — на меня как будто прыгнул огромный светящийся зверь. Зверь вонзил зубы мне в шею, и я закричала от новой боли…
— Всё, всё, амайя, — мне показалось, или в голосе моего мучителя послышалась забота. — Сейчас тебе станет лучше. Ты забудешь эту боль.
Я ему не поверила.
Потому что такое забыть невозможно. Не-а… не обманешь, гад. Одни уже обманули.
Радскары, оказывается, страшная раса. Не потому ли они самая сильная и влиятельная раса во Вселенной, что обманывают и принуждают остальных?
«Отец Найви вынудил меня принять участие в этом маскараде, чтобы его дочь получила желаемое, а правитель…» — я не додумала эту мысль, потому что правитель оказался прав. Всё-таки сотня наложниц…
Правда, не у всех из них был хороший вкус — та, которая придумала этот балдахин в комнате, вообще чувством стиля не обладала, и….
И я пропала. Упала в ту самую вселенную, где совсем недавно мне было так хорошо. Где не было далекого будущего, чужих планет, господина Днарра; не было правителя и его настоящей невесты. Внезапно я оказалась дома.
Не в своём времени.
Не в университетской общаге.
И даже не у бабушки в гостях. Но, тем не менее, дома.
— Вот так, моя сладкая… так теперь будет всегда, моя амайя, — услышала я тихий мужской смех перед тем, как провалиться в сон.
"
"Сон, в котором я летала между звёзд и комет с высоким, строгим мужчиной, который крепко обнимал меня за талию.
А потом наступило утро.
Глава 9
Я проснулась от болезненного толка в плечо.
—Просыпайтесь, госпожа. Просыпайтесь!
Протерев глаза, я увидела нависшую надо мной служанку. Увидела и свет, льющийся из окна — на улице уже расцвело. А окна… окна оказались открытыми.
Я моментально вспомнила всё, то происходило в этой комнате прошлой ночью.
