И я не знаю, что меня потрясло больше — дикий ор всегда спокойного, даже флегматичного инженера или то, как госпожа Заурда плакала — съежившись в углу комнаты, женщина беззвучно рыдала, цепляясь за брючину Шерреха.
Я успела убраться обратно в коридор за секунду до того, как была бы обнаружена. Сцена была некрасивая, Заурда явно страдала, но я не стала вмешиваться.
Это было… плохо.
Нельзя проходить мимо женщины, мужчины — мимо человека... в общем, мимо любого живого существа, которому плохо.
А Заурде сейчас точно было плохо.
Первым моим порывом было броситься вперед и оттолкнуть инженера в сторону. Но… инстинкт самосохранения заставил меня затаиться.
Я не знала, какие отношения связывают этих двоих. Все же был тот инцидент, когда Шеррех погнался за мной, был подслушанный разговор за камнями — а теперь ещё Заурда, которая оказалась связана с Днаррами, плакала из-за него.
Я боялась за свою жизнь.
У меня не было родственников, не было здесь друзей… и хотя я надеялась, что те друзья, которые остались в Союзе, отомстят за меня с помощью видеозаписи, которую я сделала, но вряд ли это будет иметь для меня уже какое-то значение.
Мне хотелось жить.
Поэтому я затаилась в своей комнате и до конца дня не показывала оттуда носа. Лишь пару раз пыталась вызвать через коммутатор Танна, но вызовы не проходили. А когда я попыталась сделать это уже поздно вечером, ко мне в комнату без проса завалился Рэндррэн.
Это я так расслабилась, что забыла тумбочкой дверь припереть. Хотя… достаточно было вспомнить, что Рэндррэн сделал со стеной в коридоре, чтобы понять — маленькая тумбочка его бы точно не остановила.
Странное дело, я уже почти привыкла к радскарам, к их высокому росту, к их серой коже и звериным, кошачьим глазам. Привыкла даже к клыкам и когтям.
И до этого момента у меня не было почти никаких трудностей… Я просто приняла новые правила игры — и действовала согласно этим правилам.
До того, как попала на Арн. Точнее, до того, как правитель случайно вошёл в мою жизнь.
Несмотря на то, что ничего нового узнать не удалось, теперь я уже не сомневалась: Рэндррэн — и есть правитель. Теперь мне было понятно, почему именно на его придирки я так эмоционально реагировала, почему меня так сильно задевали именно его выпады и подначки.
