Теперь даже сонная и растрепанная она выглядит очень мило! А названные в честь моей супруги духи? Разве это не благодарность? Тем более я уверен, что вас ждет успех на этом поприще. Уж очень необычно звучат созданные вами ароматы.
И только дома меня вдруг посетила разумная, но не очень радостная мысль. На чье имя я буду оформлять патент? На имя погибшей? Здесь было два варианта: либо оставить это дело, либо вычеркнуть из жизни Ольгу и навсегда остаться Еленой Федоровной Волковой.
Нужно просчитать все выгоды.
Но если быть честной, у Елены шансов на взлет было куда больше… Если же я в конце концов признаюсь, что являюсь Черкасовой Ольгой Дмитриевной, то потеряю всё. Пора бы признать это. Как ни крути, для меня прошлое Черкасовой ничего не значило. Я и побыла-то ею всего лишь несколько дней. В общем, обо всем нужно хорошенько подумать. Время у меня еще было.
Бытовые проблемы тоже требовали внимания. Чтобы ни происходило вокруг и в моей душе, дом оставался главным местом, где я могла отдохнуть и расслабиться.
Мы купили краску и выкрасили его вместе с парикмахерской в белый цвет, хотя нам предлагали взять желтую или серую. Но от желтых фасадов уже рябило в глазах, а серая казалась унылой. Вычищенный двор, белоснежные постройки и такой же белый забор привлекали внимание своей свежестью. Я представляла, как весной высажу цветы, которые придадут двору яркости. Но до весны еще так далеко… Дождливая осень и долгая, холодная зима…
* * *
Давид спешился и с интересом огляделся.
Неплохое имение. Ухоженное, с небольшим парком и цветниками. Так вот где родилась Елена… вернее Ольга Дмитриевна Черкасова.
- Значит, отсюда ты бежала, милая… - прошептал он. – Что ж, посмотрим, что с этим можно сделать…
К князю подбежал слуга и взял из его рук поводья.
- У моего коня слетела подкова. У вас есть кузнец? – спросил Давид, похлопывая жеребца по лоснящемуся боку.
- Да, барин, есть! Кузьма всё сделает! Как вас хозяевам представить?
- Князь Давид Нузгарович Эристави, - ответил Давид, и, поклонившись, мужчина окликнул женщину, которая несла корзину с бельём:
- Дунька, немедля барыне доложи, что его сиятельство прибыли! Князь Эристави!
Служанка удивлённо хлопнула глазами, и ее рот медленно приоткрылся.
Такие гости здесь явно были редкостью. Но она вовремя спохватилась и, бросив корзину, побежала к дому.
Парадная дверь распахнулась еще до того, как Давид подошел к лестнице.